Броненосцы Петра Великого. Тетралогия

концепцией союза. Раньше союз устанавливал цены всем купцам, по которым они и торговали. Зато купцы не платили никаких взносов и должны были собираться в случае опасности на своих судах, используя их как боевые. Теперь предложены принципиально иные концепции и решения.
Особенно купцы протестовали против свободной торговли, опасались, что ктото гдето найдет подешевле и разбогатеет, в то время как они, именитые купцы, будут жалкие копейки получать. Не стал говорить, что хорошо знаком с этим кемто, и он именно так и будет делать. Сказал только, что если человек побегал и поискал новые варианты, то вполне справедливо будет, когда он заработает больше тех, кто ничего не делал для розыска новых мест сбыта или закупки.
Единственное, что добавили к правилам, это ответственность за качество товара. Все согласились, что если купец добыл дешево гнилую ткань и продал ее с большим наваром, это нанесет урон чести всего союза. А вот если купец хорошую ткань нашел дешево и продал дорого, то претензий к союзу быть не может. Внесли еще один пункт в список.
Купцы так увлеклись обсасыванием и приглаживанием пунктов, что никто особо не вспоминал, зачем мы все это обсуждаем. Не стал пока прерывать творческий процесс, отвечал на прямые вопросы и присматривался, кто как обсуждение ведет, кто дельные предложения вносит, кто просто критикует, а кто рассматривает вопросы с точки зрения контроля, как они будут исполняться. Если дело выгорит, нужны будут советники и прочие. Не сидеть же мне тут постоянно.
Высмотрел все, что нужно, в частности, порадовался, что в купце, знающем русский, не ошибся: грамотный мужик, предложения вносит интересные и реагирует быстро. Будет первым советником. А вторым присмотрел себе носатого блондина, который, похоже, все обо всех знал. Как обсуждают чтото, он сразу говорит, что томуто и томуто это не подойдет и будут проблемы. Полезный советник. Раз умеет собирать информацию, справится и с большим количеством купцов из разных городов, тут главное владеть принципами сбора и обработки информации и очистки слухов от шелухи. Носатый это делал превосходно.
С советниками определился, а они уж пусть предлагают остальные кандидатуры. Некоторые наметки для себя сделал, но было интересно, кого предложат сами советники. И остался главный вопрос – пропихнуть меня на место самой большой шишки.
Поднялся изза стола, привлекая общее внимание. Вот не хотел форсировать события, хотел подготовить почву. Теперь изза этих торопыг результат вилами по воде писан. Единственная надежда на наши предварительные разговоры в корчме, все же больше четырех часов рассказывал о кораблях, о товарах и о блистательных перспективах.
– Уважаемые купцы. Вижу, что вам интересно разобрать мои предложения досконально, но нам надо решить два важных вопроса. Будем ли мы создавать обновленный союз купцов, и если да, то кто будет руководителем. – Купцы опять зашумели, снова их прервал: – Давайте каждый по очереди встанет и скажет одно – он за новый союз или против. Ничего боле говорить не надо, только за или против. Начнем с меня: я – за.
Дождался окончания перевода и сел на место. Возникла некоторая пауза. Уже собирался по второму разу объяснить, чего от них хочу, может, не поняли. И тут встал сосед, высказался коротко и сел. А после него дело уже пошло быстро. Перевод не требовался, все было понятно. Мысленно вел счет: пять – два в нашу пользу, шесть – два, семь – три и так далее.
Всего против было пять человек. В их числе и старичок, который не сдержался и опять толкнул речь. И похоже, снова поездил по мне на танке. Пришлось немного вразумить. Встал, гневно высказался – что князю, в моем лице, такого слышать невместно! Разве не говорил о своем княжеском звании? Нет? Ну и что, это не дает никому права про меня говорить гадости, раз уж даже мне это понятно без переводчика. В связи с нанесенным оскорблением вынужден вызвать старичка на дуэль немедленно.
Купцы были шокированы. Старичок даже побледнел. Меня пытались вразумить, что стариков на дуэли вызывать не принято, на что я резонно отвечал, что и не запрещено. А если эти старики позволяют себе много лишнего в словах, то должны уметь нести за свои слова ответ. Старик начал извиняться, явно через силу. Дослушал и с сожалением констатировал: извинения не принимаются, готов выслушать его предложения об оружии и месте, но настаиваю на немедленной сатисфакции.
Конечно, никакой дуэли устраивать не стали, додавил этого умственного инвалида до отречения от слов, а заодно и до отречения от ганзейского купечества – все равно он уже давно не занимается торговлей. Выпроводил старика вместе с еще двумя непримиримыми. Двое вовремя передумали и остались. Пока свежи сцены грозного меня, продолжил