Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
только дежурных у башен пусть выглядывают изза башни и докладывают обстановку. Но, судя по тому, что на борт еще никто не лезет, абордажа уже не будет. За это время наши пушки, даже промахнувшись в половине случаев, должны были настругать экипажи галер в мелкий фарш. А, судя по тому, что палила, чуть ли не вся береговая линия фрегатов, фарша мы настругали очень много. Рискнул выглянуть изза фальшборта, после этого мгновенно принял дополнительное решение. Капитан, выполняя новые распоряжения, начал грузить призовую партию, в основном, из моих морпехов, в одну из шлюпок, пришвартованную к левому борту. Вторая шлюпка, уже ушла разносить новый приказ по азартно палящим фрегатам.
К рассвету наш флот разжился семью изрядно побитыми, но уверенно держащимися на плаву галерами, уведенными призовыми командами в бухту, под стены крепости, вне зоны зрения османов. А наши шлюпки тащили фрегаты на их старые места. На войне всегда есть смысл оставить противнику возможность сохранить лицо. Как обычно ничего не было. Только вот, что делать с целой толпой раненных османов, которых не поднялась рука выбросить в море, за компанию с их ушедшими товарищами. Но с этим пускай пока Тая разбирается, отправленная с нашей призовой партией на галере к крепости. По ее просьбе, между прочим растет медик, на глазах просто растет. Пора думать о введении клятвы Гиппократа, только, хорошо бы прочесть ее предварительно а то он жил давно, много воды с тех пор утекло, может, что и подправить придется.
Утром османы делали вид, что ничего не произошло, а мы не замечали десятка отсутствующих галер значит, три галеры таки затонули. А так же не замечали существенно поредевший состав экипажей остальных галер.
Все утро легкий ветерок доносил до нас мелодичную, но очень уж однообразную, молитву муллы, со стороны флота осман, и всплески погребений хоть и укрываемые от нас бортами галер, но вполне угадываемые по звукам и действиям команд, наблюдаемым в бинокль. Днем к нам вернулась посольская шнява. Но задушевного разговора, на который явно рассчитывал мурза не получилось. Пригласил его к себе, и вкратце посвятил его в мысль, которая вот так совпадение посетила меня именно этой ночью, под утро. Мурза пытался сопротивляться, что эти поправки испортят нам весь договор, который с таким трудом причесали на что резонно предложил мурзе, взять с собой адмирала, со всей его флотилией и пусть он поясняет султану эти поправки. Добавив, что если он не уговорит флот османов уйти до вечера, мы будем вынуждены открыть огонь.
Флот османов уходил под вечер, постепенно тая в дымке. Уходил еще медленнее, чем пришел. Впору сожалеть, о посеченных гребцах теперь ждать ответа придется существенно дольше. Праздновать победу было рано южное коварство не давало паранойе спокойно спать, по этому, вечером фрегаты опять разошлись на новые позиции, уже своим ходом, пользуясь легким вечерним бризом, и не стараясь прятать паруса.
Через день такой чехарды вернулся Крюйс. Привезший смехотворно мало снарядов и целый ворох вестей. Ввел его в курс дел, расписал планы действий по ночам и в случае атаки, оставил на него эскадру и двинулся к Азову, забрав четыре фрегата, на которых он пришел и все призовые галеры, посадив на весла часть гарнизона. По дороге, вновь настрелял себе выводок утят, используя единственный, боеспособный фрегат, и гоняясь за корабельной мелочью по всему побережью. Рыбные тут места, однако точнее охотничьи.
В Азове бурно праздновали победу над Керчью, и уже не первый день.
Не понял! Мы там вкалываем, а они за нас, получается, празднуют!
Такого, моя сумеречная психика уже не пережила. О нашем разговоре со Львовым упоминать, в приличном обществе, не стоит. Но праздник мгновенно перерос в активную работу.
Пара гонцов, на самой быстроходной шняве, усиленных капральством охраны, отправили вверх по Дону, с бумагами, для Петра, по поводу взятия Керчи и проекта мирного договора, с подробными пояснениями, почему так срочно и почему его не дождался. Расписал подробно свое виденье ситуации, и про штурм через три месяца, и про большой штурм через год, в общем, все что надумал то и расписал. Высказал и несколько мыслей. Всех стрельцов сослать в Константинополь, но сослать почетно, а то у нас и там проблемы начнутся. Крестьяне там тоже будут не лишними, и чем больше тем лучше, стрельцов так и можно ссылать с приписными дворами. Все силы и все припасы, особенно припасы должны быть задействованы, иначе мы потеряем единственный шанс сохранить за собой проливы. Прикрытие транспортников обеспечит флот, и транспортники уже есть. НО. Пожаловался на то, что флот, попрежнему, стоит без снарядов и если государь сошлет на каторгу тульских мастеров только порадуюсь желательно
