Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
как обычно. Собор СентМариМаджоре, да большой, да красивый но насмотрелся уже на них! Мне бы к губернатору …
Губернатор нас не принял. Точнее, это нам так чиновники сказали, и просили составить прошение. Жаль, несколько переоценил пробивную силу мальтийского рыцарства при штурме чиновников Франции. Написали прошение, завели светский разговор. Это в моем времени можно было заполнить бумажку и послать ее по почте. В этом времени, прохождение бумажки напрямую зависело от заинтересованности чиновников, подать ее сюзерену как можно скорее и под нужное настроение. Вот и делились деньгами и сногсшибательными известиями, в которых рыцари на белых конях освобождали стенающих под османами христианских дев от этой тяжкой участи. Немного подумал, и переформулировал, что девы страдали под гнетом осман а то както многозначно получалось. Хотя, это же французы, тут любой вариант удивления вызвать не должен, если только поинтересуются, а как к этому освобождению отнеслись девы.
Еще несколько смущал мое повествование, факт османских кораблей на рейде. На этом фоне страсти по спасению истинных сынов и дочерей церкви выглядел не так выпукло. Переговорили и об османах чиновники обещали послать на корабли под лунным флагом сообщения о заключенном мире. Причем, о заключении мира рыцарям поверили на слово все же и от них есть толк.
До вечера гуляли по городу, аудиенцию нам обещали как можно скорее, но точно не сегодня. Как обычно ждите ответа, и что за нами пришлют.
Что можно сказать о Марселе? На пушечные редуты нас не пустили, как и в форты. Жилые кварталы были совершенно обычные, для Европы, узкие и высокие скворечники, стоявшие стена к стене. Мастерских было много, но на фоне моих заводов эти кустари не смотрелись. Оставался только порт, жизнь в котором задавала ритм всему городу.
В порту было многолюдно, и агрессивно. Пожалуй, это будет второй порт Европы, где приходилось лавировать в толпе, обходя кучки зевак, с мордобоями в центре. Порадовался рыцарям, идущим с нами при полном параде, то есть при железяках. Посмотрев на них, к нам не лезли. Но в целом, порт производил впечатление жизни, бьющей ключом, и при этом громко гомонящей. В портовых лавках понравились ценники на товар. За проведенные, в этом времени, года успел привыкнуть, что цены на товар в лавке надо спрашивать у продавца. А тут такая ностальгия к большинству товара приложены бумажки с ценниками. Это видимо потому, что гомон в порту стоял уж очень разноязыкий. Огорчало только то, что цены на бумажках были грабежом чистой воды. Но горячего хлеба и вкусностей к нему хотелось еще с утра начали активно торговаться.
Уже идя к шлюпкам, сделал закономерный вывод не знаешь языка плати в три раза больше, а если знаешь, то с тобой обойдутся вполне побожески.
Утром вставал тяжело и болезненно, мой организм так и не выработал иммунитета к ядам, которыми вчера отмечали … да чего только не отмечали. День обещал быть длинным.
Большую часть мальтийцев отпустил в город. На кораблях оставались только дежурные и полный комплект канониров одного борта. Ну, еще и те, кому в городе было особо делать нечего, или не на что но последние в моих экипажах были изрядной редкостью.
Вечером к нам опять пожаловали портовые службы. Пришлось плыть с ними в город, разбираться с проблемами и торговаться отдельно, за каждый выбитый зуб.
Вернулся на фрегат, и застал приглашение на обед к губернатору. Оперативно они.
Вечером и утром наша посольская миссия занималась подготовкой к обеду. Вроде бы, что в этом сложного? Взял ложку и пошел. Не тут то было. А как рассядемся? А что делают остальные, пока один говорит, что бы выражением лиц поддерживать говорящего. А как… А что … Не хочу быть дипломатом, даже поесть спокойно и то нельзя.
Герцог принял нас в резиденции еще до обеда, так сказать, снизойдя до приватных бесед перед основным мероприятием. Раскланивались и вручали весьма ценные подарки.
Нас знакомили с многочисленной свитой герцога, и навязчиво пытали о новостях. Все же к османам тут было отношение особое. Вроде, как и нехристи, но таких, в Марселе, полный порт. Вроде, как и дань, султану Франция платит но с другой стороны и пользы от него много, и торговые дела с ними обширные, да и совместные военные операции не редкость. Вот и выспрашивали нас о малейших нюансах.
Герцог, за светским допросом, демонстрировал нам шедевры живописи, которой Марсель славился, и прочие диковины. Демонстрировал явно не для рыцарей, которые тут считались куртуазными кавалерами, а для медведей из Московии, недавно слезших с елки. Не стал портить герцогу праздник, поахал над патефоном, любовно продемонстрированным нам хозяином вот уж действительно диковина, и кто же такое чудо
