Броненосцы Петра Великого. Тетралогия

делом. И в хороших заработках, для всех слоев населения церковники только плюсы видели больше жертвовать будут. А вот с программой свободного ухода крестьян изпод помещиков у меня явно будут проблемы, так как одним из самых крупных помещиков и была церковь. Напрямую Ермолай об этом не говорил, но намекал весьма отчетливо церковь огорчиться, и вполне может припомнить мне все прегрешения. Но, при этом, все мои предыдущие проекты желательно воплотить. А за одно и рыбкой закусить сидя на елке.
Пыхнул еще трубкой. Морозный воздух бодрил, прочищал мозги, взболтанные многочасовыми разговорами. Ситуация тупиковая, без притока рабочих в новые структуры никакого прорыва не будет, а притоку будут мешать очень солидные силы. Если на мелких помещиков еще могу наплевать, то с церковью надо быть несколько аккуратнее. Посмотрел на корабли, устраивающиеся на рейде. Пожалуй, это выход. Выбил трубку, и пошел в шатер, выбивать опору изпод ног церкви. Ключевое слово, акционерное общество, по здешнему кумпанство. Раз уж церкви можно заниматься торговыми делами, то с ней вполне можно организовывать всероссийский банк, куда на паях и Петр войдет, а потом и самых крупных недовольных примем. Но главное, у этих недовольных будет компенсация, за потерянные рабочие руки. Других вариантов пока не вижу. Сразу вспомнилась многозначная присказка «Почему посадили? Не поделился! А почему выпустили? Поделился!». В конце концов, мне не жалко, пусть первый банк России будет акционерным, мне дохода и с других предприятий хватит.
К новой идее Ермолай отнесся сдержано, он не видел в ней компенсации. Зря, наверное, в их школах не преподают экономику. Пришлось просить верить на слово, что для взрывного развития внутреннего рынка кредиты будут жизненно необходимы. И весь этот рост будет завязан на кредитах, и соответственно, процентах по ним. Ермолай уточнил, что церкви невместно заниматься ростовщичеством. Угу, так им и поверил. Но пояснил, что она этим заниматься и не будет, а будет иметь доход с предприятия. Банк, это такое же предприятие, как и свечной заводик, у него свои законы, но принцип один.
Заставил тень подумать, с кем и как нужно беседовать, чтобы корабль реформ не встретил на пути айсберг церкви, будет обидно, когда столько усилий пойдут на дно. А мне еще Петра уговорить надо.
Потом к нам в шатер ввалилась большая компания моих моряков, и мы поскакали по ухабам к светлому завтра. Скакали до глубокой ночи, полной ясности не случилось, но на ближайшие месяцы расписали все вполне внятно. Накладки начнуться, только если Липкинский завод не выполнит план, о котором они еще не знают. А значит, задерживаться тут больше нельзя, надо ехать к Петру, потом в Воронеж, на верфи, и потом на завод. С завода в Москву, из Москвы в Вавчуг, а оттуда по обстоятельствам. Где вы, самолеты Аэрофлота!?
Десяток моих морпехов оставлял сопровождать наш груз в именье, дав указание, где и сколько денег они оставляют по дороге. Пошутил, что вручаю им будущее страны. Никто не посмеялся, мне тут привыкли верить на слово. Да так и есть, по большому счету без денег мои реформы забуксуют насмерть. Теперь, задрав себе планку реформ, уже и эти суммы кажутся мизерными. Улыбнулся, вспомнив, как радовался первой сотне рублей, полученной в этом времени. Богачом себя ощущал. А вот теперь, таская сотни тысяч, ничего не ощущаю. И что странно, совершенно некогда, да и не особо хочется, шикануть. А вот от личного самолета не отказался бы. Помечтав про самолет, загрузил боцмана еще одной, как обычно срочной работой. Просил найти мне нефть, тут ее земляным маслом называли. Даже описал, как она выглядит и чем пахнет, хотя, лично нефть ни разу не видел, все с чужих слов и из телевизора. За зиму опросить всех местных, может, ктото чтото слышал или видел. А весной отправлять поисковые партии, платить им как подмастерьям рудознатцев. А если настоящие рудознатцы отыщутся то им платить как мастерам. Но заплатить только если найдут. На дорогу дать кормовые. Если на Дону никаких слухов не будет идти на Волгу, и подниматься по течению, выясняя все слухи, а за одно, присматривая, что там есть интересного, и в больших объемах. Все найденное пусть помечают на картах и двигаются дальше.
Порадовал боцмана, что второй десяток морпехов отправляю с ним, на всю эту зиму. Уверен, что в новом деле силовая поддержка ему не помешает. Но за лето боцману надо составить небольшой отряд из надежных казаков, и они будут постоянно ездить от поселка к поселку, выясняя, как идут дела, какие проблемы и, давая переселенцам знать, что они под присмотром. Морпехов отпустить в Воронеж.
Ничего существенного больше не вспоминалось, разговоры сами собой скатились на воспоминания, и под это дело пришлось слегка отравиться.