Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
меня на верфи. Если так пойдет и дальше, то тут скоро соберется большая толпа. А с другой стороны, интересные новости становятся еще интереснее в теплом доме с радушной хозяйкой, чем под мерным дождем, отсчитывающем краткость отпущенного мне времени.
Велел всем рассаживаться, но подмастерьев не прерывать. На чем мы остановились? На большой домне? Вот с нее и продолжаем…
Обедали все еще дома, и уже большой толпой. Как и следовало ожидать, постепенно ко мне подтянулись все мастера, присутствовавшие на вчерашнем собрании. Сделал вывод, что мой дом для этих сборищ стал откровенно маловат. Надежда еще пару подруг привела, отягощенных корзинами с готовой снедью.
За обедом мастера чинно и тесно ели, но глаза выдавали лихорадочное желание поделиться идеями и достижениями. Причем, достижения были на втором месте, знаю точно, сам такой. Так что, отпустил выдохнувшихся подмастерьев, мысленно сверил список присутствующих, со списком, одобренным вчера святыми отцами, и пригласил всех на чердак – там места больше. По крайней мере, мне так казалось. Но скрипучая лестница так долго вливала под крышу моих гостей, что задумался о большом зале совещаний в заводоуправлении. Обрастаю бюрократией, однако.
О чем пойдет речь, под шелест дождя – очевидно было всем. Вопрос только, кто первый вывалит на меня плоды своей бессонной ночи. Судя по глазам, ночью удалось поспать только мне. Начал сам.
– Мастера. Вижу, что задумки из вас выпирают, аки ежик из сумы, и удерживать их вам неприятно. Но давайте начнем с корабелов, а вы их дополните.
Под одобрительный гул, на столе разложили бумаги мастера верфи. Хорошо, что на стуле сидел, и сердце крепкое. А то парусновесельный вариант плавучего набора десятка наших башен, прикрытых железными листами – мог довести до инфаркта. Однако, ключевое слово – железный корабль – прозвучало. И затихло, испугавшись своей смелости. Как и мастера, поедающие меня глазами и не ведающие, как реагировать на мои скептически поднятые брови и общее ехидное выражение лица.
Разулыбался откровенно, тут же похвалив насупившихся мастеров – а то опять меня не так поняли.
– Мне нравиться. Спасибо вам за смелость. Есть несколько мелких замечаний, которые надо учесть…
После чего расстрелял мастеров зачатками физики, которые они уже успели освоить.
А какой толщины железо ставить будем? … Даааа??? И сколько оно, повашему, весить будет? … Хорошо! Даже если мы найдем столько, переплавив в вашу корабельную кирасу все, в том числе стволы пушек и вилки с ложками – то, как мы с этой тяжестью маневрировать будем на этих парусах? Веслами?… Нет мастера, слишком тяжелый корабль получается. На него столько парусов не навесить, сколько ему потребно, никакими силами.
А веслами…, гм, было бы железо, в неограниченном количестве – провел бы такой эксперимент и посадил вас на весла.
Замечтался. А что? Оставил бы этот эксперимент в составе флота. Прекрасная плавучая батарея! Главное, будет, куда посылать на практику нерадивых курсантов и офицеров – один переход на этой батарее от Архангельска до Соловков и обратно станет весьма мобилизующим. А для особо упертых, будет ежегодный переход Архангельск – Любек и обратно. Нет, ежегодный не получится, они год только до Любека грести будут, мечтая о вахтах в башнях. Хорошая идея. Преподавателям морских школ и командирам кораблей понравиться.
Мастера дождались, пока выпаду из мечтаний и перестану черкать в блокноте призрак пугала грядущих гардемаринов, после чего принялись отстаивать свою «Черепаху». Так ее, кстати, и назовем.
Обсуждали нюансы и вносили поправки. Включился в работу уже на полном серьезе, одного такого монстра построить стоит, именно в воспитательных целях. Но те так. И не сейчас.
Постепенно подвел корабелов к этой мысли, и повел дальше. Какой нам нужен корабль? Одетый в кирасу? – Прекрасно. Но коль на кирасира надеть наковальню вместо нагрудника, да еще пару наших якорей на спину – то он может и будет защищен – вот только толку от него? Это наше чудооружие солдаты противника просто обойдут, разомкнув строй, и пойдут дальше. Потребен нам корабль не просто хорошо защищенный, не только нашпигованный орудийными башнями – но еще и быстрый, как Орел.
Упоминание Орла опустило тишину. Мои мастера поняли самое главное. Корабль будем строить. И если верить моим словам – корабль этот будет чудом. А чудесам в это время принято было верить. Так что, вопрос возник только один.
– Мастер, а как корабль назовешь? Может «Орлом»?
И столько детской надежды в словах не молодых мужиков звучало, что чуть было, не согласился. Поднялся со своего любимого стула, единственного тут со спинкой, походил по чердаку.
– Нет, мастера.
