Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
почти всеми типами спутниковых навигаторов, без особых проблем вел навигацию по радио пеленгам на известные радиостанции, место которых нанесено на карты. Компас, лаг, счисление – все это уже мелочи. Если честно – больше ничего в походах было ненужно.
А вот теперь на мне висят два десятка яблочек, которые на слово спутник только перекрестятся, особенно если рассказать где это летает. Хорошо еще, что верят про форму земли – у нас этой теме много занятий посвящено было. Хотя, глядя в остекленевшие глаза навигаторов на занятиях – зарождалось сомнение, что небесная механика нам по силам. А что там сложного? Ну, подумаешь, Земля крутиться вокруг своей оси с наклоном, а потом еще вокруг солнца по орбите наклоненной, и солнце прет неизвестно куда, но достаточно быстро, чтоб мои знания об астрономии начали давать ошибки.
Что тут сложного? Бежит по улице малыш, крутит над головой веревку с булдыганом под названием «земля». Крутит не параллельно земле, по которой бежит, а с наклоном вращения вперед. Даже продемонстрировал.
Добавим чуток фантазии – булдыган на веревке также вращается, но уже вокруг своей оси – успевая сделать 365 оборотов пока парень один раз веревку с булдыганом вокруг себя проворачивает. Представили? Нус, тогда немножко усложним – вокруг булдыгана вьется маленькая круглая бусина Луны – вызывая на булдыгане приливы, отливы и портя жизнь навигаторам.
Малышусолнцу скучно крутить один камень, он уже миллиарды лет этим занимается – вот малыш крутит несколько булыжников разом, да еще и с разной скоростью. И все это происходит под россыпью небесных огней. Которые видятся микробам, обитающим на булдыгане, вращающимся калейдоскопом.
Представили? А теперь самое неприятное – вам, господа курсанты, предстоит быть поводырями этих самых микробов, пытающихся перебороть приливы и шторма. Вам выпала честь научиться одним взглядом на небесный калейдоскоп указывать место на поверхности булдыгана, куда занесли вас превратности путешествия. А в идеале – довести наши корабли, куда будет надо по оптимальному маршруту и без видимости берегов.
Впечатлились? По глазам вижу, что проняло. Тогда добавлю, что ошибка навигатора на десяток километров – это опасно, на полсотни – уже смертельно опасно, особенно рядом с берегами. А полсотни километров это ошибка астрономических замеров всего в половину градуса. Дрогнувшая при замерах рука может и большую погрешность дать.
Ну что? Кто теперь хочет уйти из навигаторов в простые матросы? Размечтались! Тут и так самых сметливых собрали! Либо из вас получатся навигаторы – либо из нас утопленники. Третьего, увы, не дано.
Вот так и начинались наши навигационные курсы. Давно. Особенно если мне считать год за три и еще плюс северные коэффициенты.
Навигация этого времени еще шаманила вокруг астролябий и ошибалась порой на сотни километров – в результате чего ходить корабли предпочитали каботажно – вдоль берега. Вот только у меня планы были гораздо шире. И навигаторов натаскивал жестко. Они мне не только на море нужны, но и на земле, для картографирования, в том числе прокладки Суэца.
Несколько месяцев готовили навигационные приборы. Вот, например секстант – его еще не изобрели, хотя Ньютон уже озвучил принцип. Обошелся, кстати, без моих подсказок. На самом деле принцип прост как циркуль – надо замерить угол между горизонтом и солнцем или звездой. Можно, конечно и циркулем – нацелив одну ножку на горизонт, а вторую на солнце. Более того – так иногда и делали. Вот только ошибка в один градус равна ошибке в сотню километров. Надо прибор поточнее. Вот и выкрутились двумя зеркалами – сквозь первое, неподвижное, смотрят на горизонт, а второе, подвижное, поворачивают так, чтоб солнце или звезда отразилась в первом зеркале и совместилась с видимым горизонтом. Угол, на который повернуто подвижное зеркало, чтоб отражение светила наложилось на горизонт – и будет искомым углом.
На секстант идеально подошли детали от нашего дальномера совмещения – оба зеркала и окуляр. А вот дальше был долгий процесс юстировки и градуировки. И все равно секстанты получились слегка разные и на каждый делали таблички инструментальных поправок.
Секстант это еще полбеды – измерения, полученные с него, надо правильно пересчитать. Например – замеряем угол между видимым горизонтом и солнцем. Но земля то круглая, и мы видим тот горизонт, который на самом деле ниже уровня истинного горизонта. Разница в доли градуса – но каждая такая доля может дать ошибку несколько километров. И чем выше поднимается наблюдатель над поверхностью – тем больше ошибка. Замеры с уровня воды и с верхушки мачты дадут существенную ошибку в определении координат, если не вносить поправки.
И это еще не все.
