Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
с них взять … купцы. Мне, на их месте было бы комфортнее на апостоле. Но хорошо, что у каждого в жизни свое место, а то, как бы мы на одно место все вместе уселись бы? Выходит – здорово, что мы все разные. Вот адмирал эскадры лазает по окрестным горам, таская за собой изрядную толпу народа, вицеадмирал играет в кораблики на разложенной склейке, пушкари вообще собрались всеми свободными сменами на апостоле – у них там полуфинал флотского соревнования по «дартсу при качке», который адмирал открыл еще при выходе флота из Холмогор. Все при деле. А если кто дела себе не находит, то для таких мазохистов есть боцманы.
Дни, проведенные в Бергене, дали многое. Экипажи отдохнули перед финишным рывком, а командиры собрали много слухов разной степени точности. Сводя информацию воедино, получаем примерно следующую картину.
Король датский Фредерик IV уже в канун марта вторгся в герцогство Шлезвиг? Голштейн и в апреле осадил город Тённинг, расположенный в устье реки Эйдер; но город этот был освобожден подошедшими из Бремена шведами. Теперь там осадное сидение.
Король польский Август в феврале вторгся в Лифляндию, и осадил Ригу. Про эту осаду вообще анекдоты рассказывают – лишний раз убеждаюсь, что тут все как на ладони и нужно быть очень осторожным в словах. А с осадой Риги получилось действительно смешно – план был, судя по концентрации на границах конницы, провести мгновенное вторжение и взять наскоком Ригу, разомлевшую от долгого мира. Да только во время вторжения, главнокомандующему армии, генералу Флемингу, понравилась знатная полячка, и он бросил армию на генерала Пайкуля, отбыв в Саксонию на свадебные торжества. Любовь» с. Нерешительный Пайкуль топтался у границ Лифляндии так долго и так громко, что рижский генералгубернатор Дальберг не торопясь и очень тщательно подготовил город к осаде – закономерно показав подошедшим под стены Риги саксонцам очень неприличный жест. Теперь и там наметилось долгое осадное сидение.
Не устаю удивляться прихотливым изгибам мысли аристократов.
Всю прошедшую зиму Дания в авральном режиме готовила свой флот, даже несколько тысяч человек наняли в команды кораблей, в том числе и отсюда, из Бергена.
В мае датская эскадра, составом более чем в два десятка линкоров и примерно стольких же кораблей сопровождения – вышла в море под управлением молодого графа Гелденлеве, принявшего эскадру после смерти почтенного генераладмирала Иенса Юэля. Еще около десятка линкоров присоединяться к эскадре позже. И это, собственно говоря, все, что есть у Дании.
Взгрустнулось. Потому как король шведский Карл, готовил к выходу в море эскадру из четырех десятков линкоров, под командой генераладмирал графа Ганса Вахмейстера. А по Северному морю, в направлении пролива Скагеррак, не торопясь, накатывала англоголландская эскадра примерно из пяти десятков вымпелов, из которых более двух десятков были линкорами. Командовали союзными эскадрами адмиралы Джордж Рук и Филип ван Альмонд, по слухам, самый опасный тактик во всей этой связке, к счастью, загнанный на вторые роли своим нидерландским происхождением.
И вот в эту кашу мне предлагали лезть, помахивая российским флагом? С четырьмя деревянными кораблями? Против трехдечных стопушечных линкоров? В узости Скагеррака и Зунда? Эээээ… Где у них тут таблетки от глупости? Дайте две, нет, даже четыре – мне еще неделя хода до Копенгагена, двух может не хватить.
Эскадра снималась с рейда Бергена 21 июня 1700 года. Сосредоточенно и целенаправленно. Расклад сил довел до всех, и все прониклись. Шуточек поубавилось, но и нервной дрожи было незаметно. Эскадра оставляла апостолов в Бергене, и двумя парами, фрегатов и клиперов уходила на Копенгаген – там нас ждала Работа. И ничего страшного, что моря чуть более загрязнены судами противников, чем мы рассчитывали – просто невозможное потребует от нас чуть больше времени. «Не съедим, так хоть понадкусываем».
На выходе из пролива выглянул редчайший гость Бергена – солнце. Мир вокруг оделся разноцветьем радуг, и суровые горы стали из серых – краснозолотыми, с зелеными кантами растительности. Небо стремительно очищалось, отставшие от основного облака тучки неслись по небу, пытаясь догнать ушедших вперед. Паруса хлопали под прихотливыми изгибами ветра, сбрасывая пропитавшую их водяную пыль на высыпавших из трюмов матросов.
Морские Боги желали нам доброго пути. Что ж, намек понял. Авансы отработаю. Но и вы там, в небесной канцелярии потрудитесь для нас над ветром. Желательно галфиндом. Ради такого дела даже палочек заговоренных настругаю.
Эскадра, набирая скорость, шла к месту сбора более сотни судов потенциального противника и менее пяти десятков судов непроверенного союзника. Вчетвером.
