Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
и питание. При этом матросы претендовать на земельные наделы тут не будут. Идиллия – потребители без претензий. Все люди любят розовое будущее, не зависимо от подданства – думаю, островитяне станут нам минимум лояльны, а максимум … В любом случае, намеки и слухи – что следующий год будет весьма благоприятен для жителей острова – не помешают. Но это дело будущего.
А вот суровое настоящее поднимало серьезный вопрос – и что делать дальше?
До Нарвы от Готланда около семи сотен километров, а до Стокгольма и остатков флота шведов – две сотни. Флот с рейда Висбю уводить нельзя – провороним хорошую базу.
Хотя, поход большого флота к Нарве, да еще и с десантом ландскнехтов, вполне мог решить все проблемы Петра. Вот только в глубине души – мне хотелось, чтоб Карл нашел в себе силы и продемонстрировал Петру всю порочность его подхода к армии, и ее командирам.
Хотя, основной и вполне обоснованной версией отмены похода на Нарву – стала необходимость защиты новой базы, и ремонта кораблей, который им не помешает. Основной ремонт корабли выполнили в Копенгагене, но работ предстояло еще много. К тому же, осенняя Балтика – далеко не сахар, а на линкорах урезанные экипажи да еще большей частью из датчан…
Оставил все, как есть – пусть Петр сам выкручивается. Надеюсь, судьба на мне не отыграется за это решение.
Долго и тепло прощались с Памбургом. Всю ночь вспоминали прошедшие дни, говорили о будущем, запивали беседу красным вином. Обещал ему собрать весь выпуск Воронежской и Холмогорской школ, отправив их весной на замену датских команд линкоров. Оставил в его распоряжение распродажу полных трюмов толстяков – у нас там призов на весьма значительную сумму. Велел забрать выкупленный порох и призовые суда в Травемюнде. В остальном – действовать по обстановке. Патрули, засады, глаз да глаз. Одним словом – рекомендовал устраиваться тут надолго, и всех, кто этому будет мешать, начиная от шведов и заканчивая ганзейцами с датчанами – убеждать, что они не правы, всеми доступными средствами и калибрами. Хотя, с ганзейцами проблем быть не должно – с ними надо только внимательно изучать ведомости на поставки, особенно в графе цен.
Устроили на флоте некоторую ротацию личного состава. Забрал большую часть перспективных канониров, во главе с Семеном, на Ястреба, в виде пассажиров. В том же качестве отобрал часть пловцов, часть навигаторов. Ястреб осел, как в самом начале похода, намекая, что он легконогая скаковая лошадь, а не холмогорский тяжеловоз.
Оставшимся навигаторам поручил составление карт Балтики и организацию на базе Готланда штаба навигационной службы, которую позже растянем на все ганзейские фактории. В распоряжение навигаторов поступали оба наших фрегата, и была достигнута договоренность с каперами ганзейцев, готовыми принимать наших навигаторов пассажирами на свои корабли. Массу дел успели сделать, или, как минимум, начать. Еще больше предстояло сделать Памбургу.
Второго сентября Ястреб уходил в обратный путь, забирая севернее, и держась подальше от шведских берегов. Погода хмурилась, то ли не желая расставаться с нами, то ли наоборот, выпроваживая, и раздражаясь затянувшейся лавировкой, слишком медленно выводящей Ястреба с акватории Балтики.
В душе погода отражалась как в зеркале – те же свинцовые тучи мыслей и секущий дождь сомнений. Наворотили мы тут знатно, а вот отвечать опять мне одному. Еще и обвинят в том, что не привел флот к Нарве. И плевать Петру будет, что таких указаний никто не давал. Найдут в чем обвинить в любом случае. Хоть в Норвегии оставайся.
Появляться на глаза государю откровенно не хотелось. И даже месяц с лишним пути вряд ли поправит дело. Может в Дании политического убежища попросить? Вот ведь странно – из шкурки выпрыгиваю, торю дорогу для страны по мере сил – а в благодарность ожидаю только брань. Странно. Сотни лет пройдут, а отношение к людям в моем отечестве не меняется. Диагноз, однако. Хотя, может это опять паранойя? Но както, уж больно она обосновано выглядит.
Копенгаген прошли ночью, не заходя на рейд. Утром прощались с Кронборгом. Холостых выстрелов уже не осталось, палили салютом из картечи, надеюсь, крепость не посчитает это нападением, и случайно не сдастся. А то среди датчан уже начали разные слухи бродить. Нелепые. Ну, с чего они решили, что мы могли одним кораблем англичан положить рядом со шведами? Не могли! Минимум двумя! Хотя, эти слухи старательно опровергал – чем больше слух опровергать, тем он становиться крепче.
Впереди был Скагерак, суровые волны Северного моря, и манящие фьорды Норвегии. Долгая дорога домой, с короткой остановкой в Бергене.
Весь обратный путь занимался с юнгами. Если честно,
