Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
прореживания. А вот если саженцы повредят, и они не приживутся – будем штрафовать. А чтоб обид не копить, кто виноват, что не прижились – их же бабы со стариками пускай и сажают деревья, где укажем – и за то будет им вторая половина цены ствола. Вот так, теперь лесорубы в два раза больше заработать смогут. Но и потрудиться в два раза больше надо. Это пряник. Про кнут им напоминать, думаю, без надобности – сколько у меня людей на все эти работы найдется, они уже видели.
До первого куста эллингов верфи добрались в кромешной темноте, и застали его гулко пустым, чего и следовало ожидать. Переговорили с охраной и дедкомсмотрителем из местных – обрисовал обстановку. Через пару дней тут встанет на постой 15 тысяч человек, так что – все лишнее убрать, баб в селе спрятать, свиней увести к соседям. Или наоборот. Это, конечно, шучу. Но в каждой шутке есть доля правды, и мужики от земли это хорошо знают. Особенно жившие на порубежье.
Инструмент и оборудование верфи вывезли в первый куст, еще, когда уходил народ, выполнивший царский заказ. Верфь законсервировали неплохо, снежного намета внутри нет, стены не проморожены. Старичок клянется, что протапливал длинные хребты печей каждое утро, но верилось в это с трудом, печи стояли холодные. Ну да ничего, скоро добавим этой мрачности оживляжу. Велел начинать протапливать, и весь следующий день этим заниматься.
День провел в инспекции верфи, сразу писал бумагу для Адама, куда кого распределяем. В первую очередь оставляем тут самых ослабших – в первом кусте до лета эллинги не освободятся, да и эти эллинги еще не перестроены по трехэтажному плану. Пока не отстроили казарм, ночевать на верфях будем по очереди, ночь через две. Офицеров в рабочий поселок. Остальным, ставить шатры и обкладывать их соломой. Солому покупать в деревне, под лозунгом – кто продаст нам соломы, у того и живность на мясо купим. А летом эти счастливцы смогут пару новых животин завести.
Особо подчеркнул генералу, что корпус тут будет стоять долго, и отношения с местным населением должны быть теплые. Жалобы на задранные юбки и воровство буду рассматривать очень внимательно, и виновных подводить под указ Петра о шпицрутенах. Собственно, можно считать – смертная казнь с садистским уклоном.
Во второй половине дня сделали короткий рывок к первому кусту верфей. Тут душа отдыхала, глядя на суетящийся муравейник. Даже сумерки февраля не скрывали россыпи огней с этого праздника жизни. Остановил сани на подъезде, раскурил трубочку, собираясь с мыслями. Морпехи весело переговаривались с парой конного охранения верфи, встретивших нас минут 15 назад. Наш зипун спокойно и вдумчиво журчал в сторонке. Жизнь текла, не особо интересуясь нашими планами.
Выбил трубку, времени действительно мало, до весны, кровь из носу, надо спуститься до Азова, посетив при этом артели и Боцмана, а то все лето улетит коту под хвост.
Трое оставшихся на верфях мастеровкорабелов встретили нас как родственников. Этим вечером даже не обсуждали дела. Хорошо так посидели, по семейному.
С утра, аккурат после заутрени, отправил Таю на рыбалку и засел с мастерами за дела, сразу отринув накопившиеся у них проблемы – мол, вы мастера, флот построившие, или кто? Уж достроите эту восьмерку фрегатов, коли с предыдущими справились, а вот новые шесть – закладывать не будем! … Об этом у нас и пойдет речь.
Расписывали план. Точнее два плана – как эвакуируем все имущество верфей на построенных фрегатах, и кого из плотников оставляем переоборудовать эллинги под казармы. Соответственно, кого их работников забираем на новые верфи, а кого дамой отпускаем.
После первых же прикидок стало понятно, что фрегаты у нас станут подводными лодками, да еще и распухшими от людей. Все было надо. Тут и десятка фрегатов на перевозку маловато будет. Решили засылать гонцов в Воронеж, там Петр с торговым флотом игрался, оттачивая навыки, полученные за границей – вот и пригодятся эти толстопузы с галерами. Даже плоскодонки, похоже, пригодятся – нам бы до моря сплавиться, там будет на кого перегрузить.
Три дня обсасывали ребра этой проблеме. Не успел вовремя смыться, и прискакали гонцы от корпуса, устраивающегося на постой во втором кусте верфей, выше по течению. Как обычно, это не так, да то не эдак, да … Сбежал. Каюсь, самым трусливым образом сбежал. Мое основание мне подсказало, что или сбегаю сейчас, или рутина затянет меня до весны. Дождался Таю с рыбалки и укатил, оставляя за спиной обиженные стоны. Пусть сами разбираются, не маленькие – все основные проблемы уже оговорили, решения приняли, казну облегчили. Взрослейте.
Ночевали уже в Воронежской школе. Вроде и времени то, с ее постройки, прошло всего ничего, а школа уже вписалась в город, базар рядом, выше по течению,
