Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
и принес тебе в казну, заместо двух миллионов, почти четыре – вот только должен был он принести все семь, а то и девять миллионов рублей. Считай, половина казны по мошнам разбежалась…
Договорить не дали. Петр вскочил, под ропот застольных приближенных, которые даже новомодные, стальные вилки с витыми ручками побросали, навалился на стол, воткнув в меня хмурый взгляд, и поинтересовался шипящими интонациями, откуда мне о том ведомо.
Хорошо быть полусонным, все эмоции как сквозь вату. Пожал плечами, скорее даже передернул ими, как от озноба
– Специально в Москве сказки сравнивал, что от факторий да от наместников поступали, а потом еще и проверил тут на месте, в каких сказках об этих землях правды больше. И это еще благодать, что фактории совсем новые, фискалов в них бояре прикормить не всех успели. Вот увидишь, год другой пройдет, и сказки как с одного голоса сказаны будут.
Глубоко вздохнул, пользуясь повисшей тишиной, в омут, так в омут.
– Воруют, государь, на Руси. То и тебе ведомо. Но половину казны в карманы рассовать – то уже грех смертный, как мне думается. И не бояться местечковые ставленники грозных указов – они видят, что никто к ним не приходит, ответа строгого спрашивать. А коль приходит, так от таких они и откупиться могут.
– А это тебе откуда ведомо!
Петр уже дошел до состояния выхватывания шпаги, усы на его лице зажили собственной жизнью, а правая щека начала слегка подергиваться, выдавая нешуточное бешенство.
Ну не говорить же ему, что чиновники во все времена одинаковы. Еще на заре нового летоисчисления римский поэт Ювенал, отточивший искусство оратора, цитируя с трибун свои книги с едкой сатирой, вопрошал – кто будет сторожить сторожей? При этом, добавляя, что «запах прибыли одуряюще приятен, отчего бы он ни исходил». Кстати, именно он говорил – «в здоровом теле, здоровый дух», «суд прощает воронов, но не прощает голубок «и много всего в этом же духе – что актуально было две тысячи лет назад и актуально сейчас. Особенно зная, чем кончила Римская Империя.
Может, все это говорили и до него. Даже наверняка говорили. Но он умудрился донести свои слова до потомков. Будто бы нам сие не ведомо. Эхх. «Добродетель хвалят, но она мерзнет» – это еще одно его высказывание «не в бровь, а в глаз».
– Фактории, что тут заложены должны были быть – уже подкупленными пришли. О том князькесарь поведал, по результатам допросов ослушников. Уж не знаю, отчего тебе он о том не докладывал.
Петр перебил нетерпеливо.
– Докладывал, и что? Людишки гнилые попались и вся недолга.
– Да нет государь. Не в том дело. Вот возьми ты крепкий кол, окори его, да в сыру землю забей. Сгниет? Сгниет! И не кола в том вина, и даже не земли сырой. Коли восхочет мастер изгородь ставить, он колья высушит, пропитает, да еще смолой покроет. Смола без кола делу не поможет, как и кол без смолы – а вместе они долго стоять будут, их только изредка подменять надо.
– Чтото не пойму твою аллегорию. Говори яснее!
Ну вот, только на поэзию пробило, а тут такой пассаж, нетерпеливым голосом главного мастера страны.
– Нет пригляда на местах и за посаженными в управы, и за фискалами разрастающимися. О том Ромодановскому докладывал, да схемку Следящего приказа ему давал, а к ней еще схемку приказа внутренней безопасности. Вот только вместе с приказом земской стражи у нас выходит потребность в сотой части работников от всего населения России. Это же считай сто тысяч грамотных да делу преданных набрать надо. Высмеял меня князь. Да только дело то так на месте и замерло. Укорил он меня, будто нахлебников целую армию набрать желаю. То верно. Коль они дело справно исполнять не будут – нахлебники и есть, которым даже мужик от сохи воды дать побрезгует. А коль дело справно идти будет, то они тебе, государь минимум три миллиона рублей заработают. Как? Да просто. На их жалование уйдет полтора миллиона рублей. Да, больше чем на армию той же численности! Зато сказки податные исправят, как есть, коль конечно приказ следящих не оплошает. Тати в городах и на трактах притихнут, что торговлю оживит, и опять же барыш казне принесет. Впрочем, подробно все в листах князюкесарю изложил.
Петр на середине монолога поправил шпагу и уселся обратно за стол, сменив раздраженный вид на задумчивый, что, впрочем, у него выходило примерно одинаково.
– Ты эти листы дайка и мне просмотреть. Задумка эта не нова, да у тебя обычно складно все расписано – глядишь, и выйдет чего на этот раз.
– Коль за делом ты лично, государь, приглядывать будешь – выйдет обязательно. Ну, хоть не за всем делом, а только за приказом Следящих. Пусть они при тебе будут гражданской гвардией. Коей и почет большой, но и спрос особый. Удел их, не в столице сидеть, а по землям колесить беспрестанно,
