Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
– Карл наплюет на форт и форсирует Двину, бросившись к проделанным нами проломам, заткнутым мешками с песком. Авантюра? Зато дает больше всего шансов навязать нам бой на его условиях.
Вот только, если его отговорят от этой дохлой затеи – у Карла будут минимум сутки форы, и он сможет увести армию куда угодно, в том числе и на Новгород, где у нас нет заготовленных сюрпризов. Достатьто, мы его достанем, но пушки придется оставить в крепости. И опять таки, у него появится преимущество в выборе места под баталию.
Нет, надо решать все здесь, и сейчас.
Вызвал вестового, приказал передать в полки – готовиться к глубокому рейду без обоза. Припасов на три дня, а боеприпасов – сколько унесут на марше. Ориентировочно, выходим этой ночью. А что? Если Карл пожалует к крепости, тут и без нас разберутся. Что тогда нам мешает наведаться, тем временем, к Карлу? Главное, на переправах нос к носу не столкнутся.
Подожду, когда бояре Петру расскажут, как они славно побили Карла, и опишут, как почти пленили самого короля – после чего схожу, испрошу дозволения на маааленькую вылазку. Думаю, десяти тысяч морпехов мне хватит. Черное на черном – наше время. Ночью назначим зеленое черным. Может еще и сажей помазаться? Хотя, это уже ребячество. Изначально, боевую раскраску на лица и тело наносили вместо знаков различия, в более поздние времена раскраской пытались сделать менее заметными людей в засадах. Вот только элементарная «вуаль» в виде камуфляжной тряпочки, да еще с веточками или «лохмотьями» на лице – справлялась с этой задачей значительно лучше любой раскраски. У меня так вообще на масхалате моего времени капюшон был сетчатый и на пару размеров больше, чем надо – натянул его на лицо и никаких проблем с маскировкой, а через сетку все видно. Тем не менее, раскраску все равно применяют. Обычно там, где надо активно и незаметно двигаться, и в случаях, когда маска мешает. Вот только правильно накраситься – наука посложнее, чем женский макияж. Ведь задача не полосами себя покрыть, подражая тигру, а внести асимметрию, сделать лицо неузнаваемым при беглом взгляде. Уж такая особенность у человеческого зрения. Мы часто не столько видим окружающую нас картинку, сколько достраиваем ее в мозгу по имеющимся в памяти «трафаретам». Например, если человек носит очки, и стекла вдруг треснули – денек другой трещина перед глазами будет мешать, а потом мозг приспособится и помеха перед взглядом «исчезнет», и мозг станет автоматически «достраивать» картину мира, продолжая прерванные линии. Благодаря этой особенности нашей черепушки мы видим чудовищ, в пнях ночного леса, но не распознаем человека, если мозг не «увидит» стандартный набор – палка, палка, огуречик или, хотя бы часть этого стандартного набора.
Покрасить половину лица в черное, треть в зеленое, накидать несколько штрихов и обеспечить полное отсутствие симметрии – все. При беглом взгляде мозг наблюдателя не даст ему сигнала, что видел нечто похожее на торчащее из кустов лицо. А если просто полосами размалеваться, да еще симметричными – мозг наблюдателя немедленно забьет тревогу, что из кустов торчит размалеванная морда.
Но все эти ухищрения хороши для группы из нескольких диверсантов. Тайно пробирающиеся пять полков – это из области фантастики. Даже сотня человек себя выдает – уж больно много будет мелких несоответствий для наблюдателя. Там ветка качнулась, тут холмики какието. Словом – все это праздная суета. Засекут нас еще на дальних подступах, например, конными патрулями.
Зачем тогда ночью по воронкам ноги ломать?
Если Карл ночью на штурм пойдет – он силы разделит, часть оставив в лагере с обозом. Когда слона порезали на кусочки – надо потреблять его вне зависимости от времени суток. А пониженная точность стрельбы в темноту свеями – это просто приятный бонус. Сами то они на фоне костров лагеря будут …
Но до вечера еще далеко. Канонада смолкла. Поворочался еще чуток, обсасывая варианты «адекватных» ответов, и, незаметно для себя заснул.
Даже упоминания не стоит, что поспать не дали. Мне, лежащему под пальмой, толькотолько принесла бокал сока со льдом симпатичная мулатка, как за стенами рявкнули пушки. Да так, что заставили меня подскочить на лавке. Что? Уже вечер?
Выскочил на стену, кутаясь в бушлат спросонья. Убедился, что наступил не вечер, а просветление в мозгах артиллеристов. Они, видите ли, решили достать Карла в новом лагере.
Дело было так. Карл быстро и без суеты отступил на ветер, спасаясь от расходящегося лесного пожара, ставшего наковальней для нашего орудийного молота. Часть обоза бросили в старых лагерях, но все, что собрали, утащили на северозапад, километра на четыре, и теперь, до нового лагеря было километров восемь. Лагерь скорее угадывался,
