Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
Так ведь стану «врагом народа». Стану. Видать, других кандидатов на эту роль нет … карма у меня такая.
Под густым снегопадом, по взрытым в пену зимникам, наш короткий караван шел в Вавчуг. Традиционное мое занятие – начинать большие дела с поморья.
На этот раз никуда не торопились. Все необходимые распоряжения увезли курьеры, и тягаться с ними в скорости было дохлым номером. Пытался просто отоспаться и налюбоваться видами зимней Руси, под навязчивый скрип колес понтонов. Даже за бумагами особо не сидел. Не хотелось. Перегорело чтото в душе. Натопленные внутренности телеги, с просторными лежаками, привлекали больше, чем стопки чистых листов.
Прав был Макаревич – «Вагонные споры, последнее дело. Когда больше нечего пить».
Кстати, еще один интересный штрих моей истории. Эта песня застала всесоюзную борьбу с зеленым змеем, и Макаревич был вынужден переписать слова, после чего в песне звучало – «Вагонные споры, последнее дело. И каши из них не сварить». Это была еще одна жертва антиалкогольной компании, как и шикарные виноградники, вырубаемые на корню, как и рейды по самогоноварителям, как и много других перегибов. Как обычно – боремся с симптомами, а не с болезнью. Пока есть у человека интересное дело, которое он ценит – пить он будет в меру, как потребляют, например, мои мастера. А коль впереди у человека безнадега и туманное будущее – никакими указами не запретишь ему утопить себя в вине. Помню, мне тогда было до слез жалко виноградники и людей, которые их вырастили. Можно подумать, из этого винограда нельзя было делать ничего иного, кроме вина. Нет, у нас все как обычно – шашки наголо и «вперед, в атаку!».
Как бы закрепить законодательно запрет на поспешные решения? Финов, что ли, пригласить в контрольные службы?
Под такие мысли караван полз на север. Уже к середине февраля говорить и спорить с сопровождающими нас морпехами стало особо не о чем. Но и портить бумагу не тянуло. Устроил моим молодцам школу повышения квалификации. Раз уж нам все одно штурмовать Портсмут, так хоть выжмем из него все полезное. Вот и готовил инструкторов, разбирающихся – что полезно в первую очередь, что во вторую. А то в Риге из башен тащили все подряд, в результате – лишились многих «вкусностей». Стоит учесть этот опыт.
Теперь разбирали, в теории, будущие трофеи, начиная от пленных мастеров верфей и заканчивая складированным сухим лесом, по очередям транспортировки, оперируя транспортами, что повезут войска, и которые будут у нас под рукой по окончанию операции. Двух капральств, что нас сопровождают, для этих целей маловато – но помощников они себе подготовят по дороге к Англии. Тут главное начать.
В свободные минуты думал, как облегчить штурм серьезно укрепленного Портсмута. Запас мин для картечниц будет не так велик, как хотелось бы. Заводы у нас, к сожалению, не резиновые – а все закрома мы уже подчистили. Пришлось разослать в полки приказы заготавливать ручные, пороховые, гранаты по Константинопольской технологии из подручных средств. Единственным усовершенствованием в этих гранатах станут заводские взрыватели в виде трубки замедлителя под стандартный гвоздиккапсюль патронов. Этот замедлитель будем просто вбивать в кустарно изготовленную гранату, а перед боем вставлять в трубку капсюль, инициируемый ударом по твердому предмету перед броском гранаты. Такое усовершенствование существенно повышает плотность «огня», ведь в обычном варианте требовалось поджечь огнепроводной шнур – а это не сделать быстро и без подручных средств. Теперь оставалось только надеяться, что заводы успеют наделать несколько тысяч таких трубочек, и вопрос с гранатами можно считать решенным.
После недолгих раздумий убедил себя, что летняя кампания станет бенефисом ракетной Сороки, даже, если мастера и не довели ее до ума. Крепости и городу точности нашей залповой установки вполне хватит. И пусть она не нанесет серьезного урона – но нервы защитникам попортит однозначно. А меня интересовала именно тактика «постоянного давления». Противник должен бояться разверзающихся небес, несущих удушливый дым и смерть. Не нужен мне героический штурм с тысячами славных жертв. Меня вполне устроит деловой захват в дыму и грохоте разрывов. Без всякого позерства и прыжков на амбразуры. Собрался сделать шаг вперед? Кинь туда, сперва, пару гранат.
Не устану внушать моим солдатам – война это не подвиги. Война, это грязная и крайне расчетливая работа. Выигрывают в ней не те, кто побеждают – а те, кто остаются живы. Ведь именно живые напишут потом историю прошедшей войны, и всем будет наплевать, как там было на самом деле.
Караван прибыл в Вавчуг к середине марта. Буднично. Зато в морозную,
