Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
энергетический цех, от складов, к эллингам и причалам тянулся прообраз нашей железной дороги – деревянная дорога усиленная стальными лентами. И последним, самым явственным отличием новой верфи от старой – стала непролазная грязь, перемешанная с копотью и окалиной. Печально. За ударной стройкой все чаще забываем о месте, где мы живем. А ведь с таких мелочей и начинаются памятные мне индустриальные пейзажи.
Однако, войдя в эллинг, выдохнул, не сразу заметив, что задерживаю дыхание. Не зря все это! Среди переплетений лесов уже угадывалась громада корабля. Таких монстров еще не носили моря планеты. Даже Ноев Ковчег, если верить Библии, был меньше.
Пока броненосец скорее угадывался, чем виделся в переплетениях железных балок силовых схем, и ярких вспышках сварочных дуг. Наиболее законченными выглядели только две торпеды подводных корпусов гондол. Да! Броненосец собирали по катамаранной полупогруженной схеме, отводя значительный объем водоизмещения именно на две эти подводные гондолы. По иному сделать не выходило. В высоких «ногах» гондол, соединяющих боевую платформу и подводные «торпеды», размещались затапливаемые доки для Волков – и пришлось предусмотреть возможность перекачки воды из балластных танков «торпед» в доки и обратно, для сохранения постоянной осадки. Кроме того, предусматривалась возможность множественных пробоин в «ногах», и опускание основного объема водоизмещения на глубину, не доступную артиллерии – становилось жизненной необходимостью.
Смотрел на суетящихся в паутине временных мостиков людей, а видел освобожденную от земных цепей громаду, скатывающуюся в воду. Что же, все ухватки, которые смог вспомнить, рассчитать и обосновать – реализую в этом проекте. И пусть механики дуреют от вложенных в броненосец наворотов. Супостаты в таком точно не разберутся. Мне и самомуто не все до конца понятно – заполнял пробелы в проекте на инстинктах, и после многочисленного моделирования. Точные формулы под все это чудовище пусть потомки придумывают. Им надолго хватит разгребать завалы теории в нашей практике.
Поселился в штабе полка охраны верфи – не мог найти в себе сил надолго уйти от корабля – все казалось, что обязательно чтонибудь пойдет не так. Глупо, но не стал бороться с этой фобией. Ведь неизвестно, как летом дела сложатся – хотелось побыть наедине с будущей морской опорой России.
Правда, побыть наедине с кораблем так и не удалось – работы шли в три смены, люди деловито сновали по всем направлениям, и мешать им не позволяла совесть. Вот и наслаждался видами со стороны, от широких задних ворот – это и для здоровья было полезнее. Ведь в ангаре не только атмосфера была тяжелой от сварки и пыли – еще и на голову могла железяка упасть запросто. И ведь падали. Железяки, молоты, брусья, рабочие. Много на верфи ЧП произошло. Культура производства тут заметно ниже, чем в Вавчуге. Результаты этих случаев заполняли строящуюся при верфи больницу чуть ли не быстрее, чем возводили ее корпуса. Проблема с кадрами постепенно перерастала из проблемы в катастрофу. Особо обидным становилось то, что собранных иностранных мастеров на эти верфи не допускал по понятным причинам – а поморские мастера тут собраны почти все, со всеми их подмастерьями. Разбавлены эти сотни мастеровых были изрядным количеством рабочих с верфи Вавчуга. Да что там изрядным – три четверти корабелов переместились из Вавчуга в Архангельск. И все равно строительство шло не так бодро, как мне хотелось. С 30 % готовности броненосца явно поторопился – от силы 20 %, с учетом заготовленных вперед броневых плит обшивки.
Во время моих метаний вокруг строящегося корабля и по светским мероприятиям Архангельска – на северной базе флота шла активная погрузка апостолов припасами для третьего года войны. В это же время наземные караваны с припасами готовились выходить из Новгорода к Риге. На Готланде приводили в порядок транспорты, и формировали эскадру, которая пройдет вдоль, теперь уже нашего, побережья Балтики, снимая частично прибрежные гарнизоны корпуса, и развозя припасы. Средиземноморская эскадра пополнялась судами, за счет черноморского флота, и боеприпасами. На дворе стоял май месяц, и мерзкая погода. Надеюсь, все еще наладится.
Все необходимое для похода собрать невозможно по определению, но на этот раз мы были максимально близки к этому. Шесть перегруженных припасами, в том числе и огневыми, апостолов, шли по Белому морю курсом на горло.
Качаясь в гамаке, на борту сопровождающего апостолы фрегата, пытался сосчитать, сколько же намотал километров этими ежегодными походами. По всему выходило, что тысяч 60 километров уже оставил за спиной. Можно сказать, пошел на вторую кругосветку.
И не надо ехидно хихикать,
