Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
нельзя.
В академии кипели страсти. Впрочем, эти же страсти кипели по всему городу – много в Москве иностранцев жило, в том числе и англичан. Если на флоте у меня к каждому иностранному капитану, для стажировки, были закреплены пара старпомов из наших школ – то на различных светских и научных трибунах царила изрядная многоголосица.
Причем, меня хоть и приглашали, выспрашивая – но мое мнение никто не слышал. Пришлось пожать плечами и просто не поднимать вопрос участия России в Лондонской компании. Накричаться, и успокоятся – все одно, лучше, чем ныне в России им нигде не будет, и большинство это понимают.
Мне дел и без споров хватило. Наши мастерские, типография, царевич…
С Ермолаем удалось увидеться только разок. У них там, у престола, разворачивались нешуточные события, о которых, почти святой отец предпочитал помалкивать. Единственно, что понял между строк, что церковь бьется с Петром за Патриарха, для чего ей приходиться пересматривать некоторые свои позиции, и дело это идет очень туго. Но Ермолай обнадежил, что к свадьбе Петра, «с Божией помощью», дело решат.
Из Москвы удалось сбежать перед самым Новым Годом. Уж очень явно и насыщенно столица готовилась к празднованию. Моя печень такого точно не переживет.
По доброй традиции выезжали с подворья после заутрени. На паротяге! Выйди мы, вместе с мастером и морпехами, голыми – и то меньший фурор бы произвели. Толпа любопытных за нами напоминала крестный ход. Причем, мастер уверял, что его приезд вызвал гораздо меньший ажиотаж. Видимо, слухи разошлись.
Ехали потихоньку, улочки Москвы, да еще с толпой любопытных, правил дорожного движения не ведали. Заменяя правила окриками, а порой и мордобитием, извозчиков. Возглавлял колонну паротяг, с зацепленным к «седлу» понтоном, утепленным и благоустроенным. Вслед, плюющемуся изпод больших колес снегом, тягачом – неторопливо трусили морпехи на лошадях, ведя за собой заводные и запасные лошадиные силы. Путь нам предстоял неблизкий, подстраховаться не помешает.
Километров десять по пригородам столицы нас сопровождали конные любопытные, описывающие круги вокруг необычного обоза с гиканьем и криками. Давненько меня Москва так не провожала. Да какое там! Никогда меня так не провожали. На метле, что ли прилететь?
Но все хорошее, имеет тенденцию заканчиваться, в отличие от плохого. После комфортной ночевки начались обычные технические будни – замерзшие жиклеры, травящие латунные прокладки, рубка дров. Все как положено. Начал с интересом посматривать на лошадей – не такое уж они и пыточное устройство.
Зато точно могу сказать, что двигает науку и технику. Двигает ее холодная зима, посыпающая снегом шипящие кожухи, и страстное желание дойти до дома…
Для кулибина переход стал явно самым счастливым месяцем жизни. Когда мы с ним не примерзали к железу, то сидели в кунге над бумагами. Приятно провести время с увлеченным человеком. Под потрескивание печи кунга, рассказывал все принципы движущихся экипажей, какие знал. Пояснял теорию движения, когда стоишь на четырех колесах. Ведь непростое это дело, повернуть четырехколесный экипаж – при повороте все колеса крутятся с разной скоростью, и если для телеги, где каждое колесо вращается свободно, эти законы непринципиальны, то для колес, механически связанных с двигателем – очень даже значимы. Дифференциал, сцепление, дисковые тормоза, рулевая рейка, варианты приводов, варианты подвесок, полуоси, коробка передач. Разошелся. Колеса, гусеницы, механизация…. Пояснял не только конструкции, но и их недостатки. Например, мало кто, в мое время, задумывался, что благодаря дифференциалам, позволяющим ведущим колесам крутиться с разной скоростью для нормального вхождения в повороты – транспорт едет по дорогам только с одним действительно работающим колесом. И это еще не все. Сцепление с дорогой того самого колеса – напрямую связано с нагрузкой на него. Грубо, коэффициент сцепления колеса с дорогой можно считать в среднем 0.6. Это значит, что если на колесо нагрузить 100 килограмм, то отталкиваться от земли колесо будет с силой не более 60 килограммсил, независимо от мощности двигателя. Точнее, если двигатель слабее – тяга будет меньше 60 кгс, а если поставить сколь угодно мощный двигатель – тяги больше 60 кгс не добиться никак, колеса будут просто пробуксовывать. Соответственно, для тяги надо не просто двигатель, но и приличный вес, нагруженный на колесо. Соответственно, надо рассчитать ширину колеса, чтоб распределить этот вес и так далее. Но большой вес вреден – иначе большую часть энергии машина будет тратить, только чтоб возить саму себя. Все взаимосвязано, и очень не просто.
Накидывали с мастером штрихи легкого, четырехместного,
