Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
паробега с одним двигателем на десять лошадей. Коренное отличие от паротяга будет в затачивании механизма на легкость и скорость, без необходимости буксировать за собой чтолибо. На нем попробуем амортизирующие спицы колес и многие «новинки», которые мы за этот поход обсудили.
При этом совершенствование паротяга оставалось за мастером – пусть упражняется во всех направлениях и внедряет лучшие решения. В Вавчуге кулибин найдет себе массу помощников, да и технологиями обогатится.
Давно так хорошо не отдыхалось. Верно говорят, самое главное в отдыхе – это компания.
Новый год отмечали под фонтанирующий паром конденсатор и вскрытые капоты тягача. Вот те деточка и праздник. С елками и подарками. Но эти неисправности не на тех напали! Радиатор системы конденсации порвало? Эка мелочь! Это народ моего времени бегал бы вокруг и стучал по колесам. В этом времени даже морпехи помогали нам разбирать машинерию с прибаутками и уверенностью, что по иному не бывает.
Знаете, как узнать настоящего мастера? Самое простое – посмотреть, как он отвинчиваемые детали складывает. Если раскладывает аккуратно, можно присматриваться дальше. Ну, а коли в кучу ссыпает, то все с ним ясно, будь он хоть пять раз гений. Кулибин не просто детали раскладывал – он из рундука с инструментами достал засаленную холстину, с нашитыми на ней карманчиками и укладывал разбираемое, обтирая каждый болт и гайку, да еще на сына покрикивая. Появилась надежда, что мы доедем.
Как не странно, но этот переход до Вавчуга у меня выдался самым быстрым, несмотря на поломки, задержки в пути изза снежных заносов и заготовки топлива. Вот такой вышел парадокс, совмещенный с чудом, поддержавшим тягач последнюю сотню километров. Велю поставить паротяг рядом с мельничной орудийной башней на пьедестал. Пора заводу обзаводиться своими памятниками. Вот и будет зачин – первый железный конь, одолевший полторы тысячи километров. Пусть потомки посмотрят, с чего все начиналось. А вообще, если подумать – надо строить в столицах музеи техники. У нас уже есть, чем их наполнить.
Прибытие в Вавчуг прошло по обычному сценарию. Снег, радостные лица мужиков в картузах и баб в платках, толпа, норовящая потрогать чихающий из последних сил паротяг, речь у заводоуправления, баня.
Творческий отдых в дороге раскрошил с меня корку войны, и теперь хотелось работать – много и с новыми горизонтами. Вот только получилось это далеко не сразу.
День приезда – это понятно. Последние дни перехода только и думал, что о бане и Тае. Даже была мысль запасной шатер над газогенератором паротяга поставить и попариться – но оставалось до дома всего нечего, и решил дотерпеть до одуряющего запаха натопленной бани, запаренных можжевеловых веничков, чистых беленых холстов, пахнущих травами и само собой … В общем, решил дотерпеть.
На следующий, и еще на два дня, мастера основательно взяли меня за жабры – расписывал им выявленные недостатки всех наших творений, и мы думали, как будем их устранять. Точнее, в пачках моих записок, фигурировали и мысли по устранению – мозговым штурмом просто конкретизировали задачи и назначали исполнителей. Механикам велел выделить место под мастерскую кулибина, и всячески ему помогать. Оружейникам поставил на вид слабость ракет для Сорок. Сварщиков вообще обещал использовать, как присадку к выплавке стали, если они не разберутся, отчего по канонеркам поползли трещины и не сменят технологию прогревсваркаостужение. Пусть с флюсами экспериментируют. Обычные рабочие дни.
Особенной в них, была суматоха, разгорающаяся на заводе. Ну, сказал в речи по прибытии, что государь за невестой летом едет, а нам поручил апостол переоборудовать в свадебный лимузин. Понятно, дело ответственное, плюс еще подарки неплохо бы государю к свадьбе сделать – вот только последствий не рассчитал. Тема женитьбы Петра стала осью, вокруг которой завертелась жизнь города, набирая обороты. Уже на следующий день половина плотников и столяров засобиралась в дорогу к беломорской базе флота, обсуждая перестройку апостола. Остальные цеха ударились в работу, согласовывая с уходящими, когда и что им пришлют для установки на корабле. Хорошо, что этот бардак зацепил меня только краем, ударив, в основном, по управляющему.
Тем не менее, только на четвертый день по прибытии, велел организовывать для меня лабораторию у электриков. Надо решать вопрос со связью.
Работать вечерами первые дни не получалось, но это не огорчало – Тае много надо было мне рассказать, да и мне ей поведать немало следовало. На семейном совете, в категорической форме и с угрозой чугунной сковородой, мы приняли решение этим летом идти в Петербург вместе – раз уж Петр запретил мне добывать славу в боях, буду
