Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
станут «не мирными» и будут резать казаков и палить зимовья. Ну, нету у нас сотен тысяч русских в приморье, нету. Скромнее надо быть. Вон, наши «купцы» неплохо расторговались, истратив товаров экспедиции на сумму меньшую, чем цена потребного для «усмирения» того поселка пороха. Экономика, однако. Часто торговать выгоднее, чем воевать. Даже ясак собирать будет легче, если кроме поборов будет еще и торговля.
Убедить нового губернатора, может, и не убедил, но заставил подумать «о странном», как он сам выразился.
Меж тем октябрь основательно перевалил за середину, а мы еще только огибали здоровую гору, выступающую далеко в море и прячущую за своим склоном искомую реку. Особенно разительно смотрелась крутая, километровая, гора, обрывающаяся в море по правому борту, и плоское как блин устье реки прямо по носу. Речную равнину пятнали невысокие взгорки, в сотнюдругую метров высотой, но они терялись в дымке.
Привычного устья, река Камчатка не имела, вместо этого перед рекой лежали намытые песчаные отмели и косы, завидев которые немедленно бросили якоря на открытом рейде.
Опять осматривал побережье в бинокль. С одной стороны, подошли мы к берегу весьма близко. Глубины, очень долго державшиеся более двухсот, только теперь стали на отметку в два десятка метров. Но в реку нам все одно не войти. В районе намытых песчаных кос глубины резко падали до трех метров.
Корабли стояли незащищенные с юга и юговостока – приди оттуда шторм, нас выкинет прямо на берег. Благо ветер северного направления давал мне время спокойно подумать и разослать разведку.
С одной стороны – чего мы вцепились в эту реку Камчатку? Бухты нет, безлесная равнина. С другой стороны, Атласов утверждает, что выше по течению строевого леса полно, да и именно отсюда идет гряда островов до самой Аляски.
По этим островам можно как по хлебным крошкам океан пересечь. Можно, конечно, и по прямой – на восток. Да только всегда удобно иметь рядом место, где можно спрятаться от шторма и пересидеть разгул стихий. Вот и думал.
Пока руководство экспедиции маялось нерешительностью, катера шныряли вдоль песчаных кос и выбрасывали на берега разминающих ноги морпехов, делающих вид, что они на разведку вышли.
По спине похлопал боцман, концом бухтуемого им троса. Проследив направление его взгляда, перевел окуляры бинокля в море. Там резвились киты. Китов мы и раньше видели, но эти играли, разгоняясь с глубины и выпрыгивая над волнами, тяжело обрушиваясь в воду. Хорошо быть китом, проблемы защищенных бухт мало волнуют.
Вернулся опять к разглядыванию побережья. Надо перейти вдоль косы к северу и встать под самой горой, закрывающий весь северовосток. Там, судя по волнению, потише.
До самого вечера так и не определились с местом высадки. Песчаные наносы главенствовали в устье реки, и не пускали даже канонерки в защищенные косами заводи.
Оставив конвой, высадился со всей руководящей верхушкой на берег в районе подошвы горы. Алексей с приближенными и экипажем морпехов двинулись вдоль косы, распугивая стаи птиц. Даже выстрелы стали слышны, которыми птиц поднимали в воздух заранее, иначе пернатые «бомбили» пробирающихся по берегу высоких гостей.
Посмотрел на это безобразие, качая головой – нечего тут форту делать, и двинулся на подъем вдоль подошвы горы, удаляясь от моря. За мной тихо последовали две тени, плотнее запахивающиеся в плащи и надвигающие капюшоны пониже – птицы и нас не жаловали.
Оглядывая с возвышенности местность, все больше склонялся к деструктивным действиям. Устье Камчатки напоминало кошачью драку. По голой равнине несколько раз провели когтями в разных направлениях, и река прихотливо заполнила получившиеся углубления. Последний «рубец» на теле земли отделял реку от моря, запирая вытекающую воду. Деваться воде было некуда, и она разлилась большим озером, начинающимся прямо от подножья горы, на котором наблюдал всю эту картину. Озеро вышло большим, его размеры терялись в дымке северной погоды, но несколько километров точно.
Понятно, что «вода дырочку найдет», и река проточила себе выход в море в виде узкой протоки сквозь косу. Вот только дырочка вышла мелкой и постоянно заиливаемой выносами реки. Зато плавника на берегах имелось много – ради одного только топлива надо придумать, как тут встать на погрузку.
С такими безрадостными мыслями, под начинающимся дождем, смывающим белый камуфляж с плащей, ждал возвращения посланных на промеры глубин у берегов горы морпехов.
Место под форт уже присмотрел – чуть выше позиции, откуда наблюдал, как Алексей с компанией борются с артналетами. Западный склон горы заканчивался довольно крутым берегом, обрывающимся в озеро и плавно спускающийся другим
