Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
три круга обороны острова, начинающиеся со сторожевых башен в бухте, ДОТов на пологих берегах острова и орудийных башнях на возвышенностях. Совесть деловито толкнула локтем паранойю и подсунула еще свою бумажку, с цепями бетонных капониров для людей, отсекающих весь гребень острова с восточной стороны. На схемах совести даже виднелись прорисованные траектории выстрелов с береговых высот, от которых она собралась прикрывать людей скалами острова. Здравый смысл, посмотрев на все эти планы, упал в обморок и больше нас не беспокоил.
Намекнул совести про дальнобойные минометы и гаубицы, совесть забрала свою схемку и начала перечерчивать. Добавил ей вдогон про бомбардировки, чтоб дважды не мучилась. Паранойя взялась добавлять в свои художества зенитные комплексы и системы залпового огня по площадям.
Несколько очумев, наблюдал в своем внутреннем мире активную совместную работу мыслей. У меня воображение начало отказывать, представляя, какой должен случиться бой, чтоб взять этот островок. Только если термоядом или измором. Паранойя вслушалась в мои мысли и добавила фугасы самоуничтожения. А совесть начала проектировать док для маленьких, рыбацких подводных лодок. Теперь понимаю, что значит «крыша едет». Это не «Форт Росс» выходит, а «Форт Нокс». Мозговые симбионты согласно закивали, и начали спорить между собой, где будут размещены хранилища золотого запаса новой империи и какой надо станок для чеканки монет. Мысленно схватился за голову, но спорщики только отмахнулись.
Потом меня, выводя из оцепенения, тихонечко постучал по спине левая тень, кивнув на север. Встряхнувшись, перевел бинокль туда, и поймал черточки индейских пирог. Все правильно, благословенная земля без хозяев не обойдется.
Сложно это, переключиться с одних видений на другие мысли. Оставил схемы острова дозревать и присоединился к разговорам Алексея со свитой. В целом, разговоры шли в благодушном русле. Губерния Асада нас разнежила. Наблюдали приближение пятерки каноэ с любопытством, но без особого волнения. Алексей хотел спускаться к бухте, но его удалось удержать. Внизу хватает, кому переговоры на пальцах учинить, а сюда стрелы точно не долетят. Отправили вниз будущего местного губернатора с двумя морпехами.
Хорошую идею, понаблюдать за событиями сверху, зарубил начавшийся мелкий дождь. Помаявшись под ним на вершине, мы все начали спуск в бухту.
В очередной раз оскользнувшись, и упершись руками в камни, почувствовал легкую вибрацию. Застыл в раскоряченной позе, вспоминая, были в этом регионе извержения вулканов или только землетрясения. Последние точно были. Но что выходит? Или скоро очередное, или тут все время так трясет. Надо у аборигенов спросить.
Под деревьями спуск замедлился, и к бухте мы вышли, когда три пироги стояли под бортом транспорта. Еще пара крутилась вокруг кораблей. Ситуация развивалась в мирном русле. Было время присмотреться к жестикулирующим индейцам.
Итак, каноэ большое, но наборное, из плетеных ветвей и коры. На таких промышлять китов постеснялся бы. Оружие – короткие копья. Может и еще чтото есть, но борта каноэ скрывают. Зато копье интересное. Крутил маховики бинокля, пытаясь тонко сфокусироваться. Наконечник копья каменный, судя по всему. Сидит, похоже, на отрезке кости, которая, в свою очередь насажена на деревянное древко. Камень к кости прикручен и приклеен некой глянцевой субстанцией, а вот кость на древке явно сидит свободно.
Оторвался от бинокля. Что же выходит, такое копье после удара оставит наконечник в ране? Не удивлюсь, если и запасной наконечник в лодке найдется. А к висюлькам, которые от наконечника свисают, можно и линь привязать. Какие выводы?
Вряд ли боевое оружие, каждый раз новый наконечник в бою насаживать времени нет. Значит, они либо охотятся на лежбищах, пока морское зверье в океан не сбежало, либо практикуют загонную охоту, когда надо поразить несколько целей. Оба случая говорят, скорее всего, о сезонности – выходит, остальное время аборигенам есть, чем заменить мясо.
Ладно, это все домыслы, надо высматривать дальше. Перевел бинокль на самих аборигенов. Первое впечатление – голые и крепенькие. Тела мускулистые, без раскраски и одежды. По крайней мере, ее не видно. Только у того, который стоя жестикулирует с нашим проводником – набедренный фартучек. Либо тут хороший климат, либо аборигены еще холодоустойчивее, чем ситкхи. Сделаю ставку на климат – январь здесь ощущается мягче, чем осень в Петербурге.
Еще любопытно, что нашему асадовскому проводнику с местными явно удается найти общий язык. Вот бы нашим толмачам такие навыки. А то перевод через две инстанции уже напоминает игру в испорченный телефон.
Опустил бинокль,
