Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
две баржи закончили через шесть дней, не без недочетов, но несколько сезонов они отходят, а может и больше – ведь батюшки их очень тщательно освятили. Сдаточные испытания ограничились путешествием вокруг острова. На мелочи плюнул, и поставил баржи к «Юноне» под погрузку.
Искренне надеясь, что погода не испортиться, загрузил баржи по борта. Посадив сверху еще и максимальное число людей, прикрытых от непогоды только тентом. Рассержено шипя машинами баржи ковыляли на север, покрывая за три часа то, что на катере мы проскочили за час.
Церемоний отбытия местные не устраивали. Все поделовому, прямо как Визбор пел.
Идет молчаливо
В распадок рассвет.
Уходишь – счастливо!
Приходишь – привет!
Подъем по реке ничем примечательным, кроме длительных сроков, не отметился. Деревушки встречались часто, наш проводник быстро перекрикивался с местными и мы плыли дальше, оставляя за спиной высыпающих на берег индейцев.
Отмечу только споры с Алексеем и губернатором о названии губернии. Приняли шипящий «Саверс». Жаль. Мне «Сакьювель» больше понравилось, но на почве растущей напряженности с Францией, Алексей поступил «назло маме глаз выколю». Ладно, может, позже переименуем.
До места поднимались двое суток. Река радовала видами и мелями. Тщательно рисовал маршрут, так как заблудиться тут, было раз плюнуть. От основного русла постоянно ответвлялись протоки, в реку впадали ручьи и речушки, острова заставляли петлять, едва не возвращая баржи назад. Боюсь, тут и с картой второй раз пройти будет непросто. Порой, сопровождающий катер проходил по фарватеру, а баржи за ним садились на мель, и вновь приходилось искать обходы.
Выгружались под вечер, причем, последние несколько часов деревушки винту нам не встречались. Из этого сделал вывод, что нас либо засунули на земли соседей, либо это условно ничейные территории. Проводник, на мой вопрос помахал рукой на северозапад и сказал, что там обитают «юки». Пришлось уточнять – после этого обстановка прояснилась. Земли тут были «совместного» пользования. Племена проходили через них набегами, собирая, что им надо. Соответственно, порой вспыхивали стычки при встрече разных племен. Вот винту и решили проблему с юки, поселив посреди этих земель нас. К слову, на языке винту «юки» означает враг. Примерно так и предполагал в своих ранних языковых разбирательствах.
Для выгрузки выбрали обширное поле, краем подступающее к высокому берегу. Обрамляло эту готовую площадку под город бурная растительность, проросшая даже щетинистыми пучками в разных местах посреди поля. Красиво, и ничего вырубать не надо.
Первая партия рудознатцев с охраной и проводником ушла на рассвете. В это время мы разгружали баржи, торопясь совершить вторую ходку.
Дальше седьмица слилась в сплошную ленту проплывающих берегов и мелькающих на погрузочных работах рук. Мотался тудасюда, проверяя, как идут дела в заливе и на постройке столицы Саверса, названной аналогично. По дороге черкал планы застройки и рассчитывал материалы. Первоначальные планы, тщательно созданные еще в Петербурге, пошли прахом, начиная с Аляски. Ныне со строительством творилась сплошная отсебятина, но мы пытались сделать ее красивой и комфортной.
Проводник, с парой охранников помнящей дорогу, вернулся в строящийся городок, и с новой партией «рудокопов» умотал на катере к следующему «прииску». Научники, в форте, едва не сожгли одну лабораторию. Помогло только то, что на острове имелось много людей и воды. Канонерка умудрилась возомнить себя китобоем и гонялась за китами, используя выкупленные у индейцев гарпуны. Высказал Бределю все, что думаю про их дурь. Хорошо еще, кита не добыли. А если бы подстрелили? Что бы мы с ним делали? Времени свободного много? Так у нас есть работа для всех!
В результате вливания в рабочие коллективы полного состава канонерки, на третий заход баржи шили уже вчетвером и везли дополнительные рабочие руки.
Когда плоскодонки поднялись в Саверс второй раз, Алексей торжественно принимал тех самых «юки», которые оказались, по их мнению, «помо». На третий подъем барж губернатор принимал уже других «юки», обозначивших себя как «патвины». Алексей отлеживался.
Населенная тут, однако, местность. Подозреваю, после такой встречи по экспедиции придется объявлять сухой закон, ибо наши бочки не бездонны. Тем более, что особой разницы между всеми этими винту, помо и патвинами не наблюдалось. Даже толмачи переключались довольно легко. Например, те же патвины называли собаку «хаиу», а женщину «пакита». Слова либо были похожи на язык винту, либо понимались интуитивно.
