Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
Хотя, если бы патвины назвали собаку «хавхав» было бы еще понятнее.
За первой седмицей последовала вторая. Вымотался. Зато между нами и индейцами не прозвучал ни один выстрел, не тренькнула тетива их маленьких, метровых луков. Правда, без мордобоя не обошлось – само собой, по благородному поводу. Изза баб.
В Саверс зачастили индейцы, и некоторые оставались, строя шалаши в лесу поблизости. Клан двуглавого орла разрастался. Если этой осенью не снимем с полей обильный урожай – мы тут все передохнем как мухи. Так и сказал губернатору, после чего он вроде попытался прекратить патлачить и взялся расставлять земельные артели по полям.
Артельщики немедленно подбили индейцев на праздник, с деятельным участием губернатора, а меня, десять раз поклонившись, попросили больше так не делать – налаживает человек отношения, не надо его отрывать от важного дела.
Отметил у себя в разделе «Заказов» вызвать со следующим конвоем десяток обученных управляющих. Чтото горят у нас люди не работе.
Четвертый рейс барж пропустил – расконсервировали и налаживали паротяги, создавая некое подобие МТС радом с Саверсом. С артельщиками обсуждали лесополосы, в которых настаивал на посадке дубов. Озадачил толмачей собрать нам индейцев для поиска по лесам молодых саженцев и их пересадки. Сложного в этом ничего нет, у дубков просто корневая система быстро и глубоко разрастается. Зато аборигены к лопатам привыкнут.
Вернувшись в очередной раз к форту, застал начало работ по кристаллизации рубина у научников. Мне самому интересно было, посему очередной поход барж пропустил.
Теоретически, все просто – вертикальная колонна, сверху горит водородная горелка в кислороде, в ее пламя тончайшей струйкой высыпают очищенный оксид алюминия с небольшой примесью хрома. Расплавленные ингредиенты образуют внизу пламени, на специальной подставочке из платины жидкую каплю. Подставочку постепенно опускают, в капле идут процессы кристаллизации и перекристаллизации. Сверху продолжают капать новые порции, и кристалл растет.
На практике получались черные, непрозрачные, не пойми какие кристаллы. Выдать их за черный рубин явно не удастся. Вновь вопрос упирается в очистку сырья.
Накрутил хвосты химикам. Золото на первые изделия у нас уже есть, ювелир есть – он от безделья начал к костям присматриваться, в том числе и моим. Надо срочно создавать камни.
Срочно не вышло, несмотря на всю предварительную подготовку в России. Очередной приход барж, оторвал на полтора дня, но потом они вновь ушли, давая мне время. Над кристаллизацией работали уже все четыре установки, и мы начали замедлять скорость роста рубинов, замедлением подачи площадок и подбором режима работы горелок. Заодно и прообраз «чистой» комнату организовали – мало ли, из воздуха примеси попадают.
Первые партии рубинов ювелир признал годными только на камни в часы, и отложил до лучших времен. Вторые и несколько последующих отправились туда же. Но среди отсева начали попадаться годные для ювелирного дела экземпляры. Анализируя по журналам процесс их рождения – вносили корректировки во все установки. Получили четыре ювелирных рубина только к концу февраля, когда «Юнону» основательно разгрузили, и она вылезла из воды обшарпанными, и слегка обросшими бортами подводной части. Ничего, пойдет через льды – обдерется заново.
Лихорадка высадки затихала. Форт и город зажили ритмичной жизнью, все больше напоминая поселения, а не склады материалов с мечущимися между куч людьми. Форт так и не обзавелся башнями на вершине острова. Паранойя устраивала мне истерики, но силы и средства не резиновые. Постоянно приходилось откладывать «второстепенные» работы. Надеюсь, пожалеть об этом не успею.
«Юнону» грузили камнями, создавая ей необходимую остойчивость. Ободранные льдинами и местами поржавевшие борта прятались в воду. С капитаном обсуждали ремонт корабля в Архангельске. Видимо, придется занять для этого сухой док броненосца.
Алексей и трое «остатков» его свиты, включая духовника, вернулись в Форт Росс к первому дню весны. Третьего марта мы прощались с заливом «Сас Мем», прозванным «солнечной водой» за ласковый нрав и лучистость бликов. Надеюсь, с ним мы не ошиблись как Магеллан с «Тихим» океаном.
В конвое осталась канонерка с одним катером, и половиной абордажного наряда, плюс транспорт с одной баржей и двумя сотнями человек на борту. Из груза наличествовали три неиспользованные форта, с их скарбом, несколько сот килограмм образцов товаров и почти невесомые по меркам транспорта меха с индейскими диковинами. Еще в капитанском сейфе лежало примерно полтора килограмма золота в изделиях, некоторые из которых украшали яркие рубины. Ювелир
