Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
где же их взять! Опыты с плесенью, и всяческими способами ее сепарации, пока приносят только трупики мышей. Просто грызуноцид какойто, а не лекарство.
Остальные методы нашего лечения только растягивали жизнь заболевших, борясь с обезвоживанием, но не с самим вирусом, прерывая распространение эпидемии строжайшими карантинами, на которые порой до ста тысяч войск в России отправляли.
Мысли бессистемно носились под черепом, компенсируя невозможность бегать кругами под многочисленными взглядами команд. Истина про бегающих генералов актуальна во время эпидемий ничуть не меньше, чем во времена войн.
Мысли сходились в одном – нам необходимо чудо. Пожалуй, это и стало ниточкой, на которую нанизывались все дальнейшие воспоминания. Первым в памяти всплыл пример, когда не ходячий пациент встал, поверив авторитету доктора. Далее воспоминания подкинули «таблеткипустышки», после приема которых пациенты выздоравливали только от самовнушения. И наконец, вспомнился один из вечеров у костра, уже подернутой туманом забвения походной эпохи.
Наша походная врачиха распекала меня за незнание. До того момента искренне считал, что гомеопатия есть лечение травками. Оказалось, это принципиально не так. Гомеопатия, это скорее название метода – «подобное лечить подобным». Только в мизерных дозах. Хотя, прививки, по мнению нашей врачевательницы, к гомеопатии не относятся – слишком «концентрированные» средства для этого используются. Гомеопаты эти же средства разбавили бы в сотню раз.
На мой вопрос, зачем же тогда гомеопатические лекарства в виде мелких шариков принимают в таких больших количествах – последовал удивительный ответ. Коммерческие интересы. Пациенты не верят, что излечение возможно от одной крупинки, им объемы подавай. Посему, часто шарики лекарства пакуют в капсулы, где может быть одна рабочая крупинка, и остальные пустышки.
А в тех случаях, когда в капсулах все крупинки лекарственные – одной «дозы» достаточно не для одного человека, как в рецептуре, а для нескольких семей. Только руками крупинки трогать нельзя, ибо на них остаются «следы» человека.
Как именно может лечить один атом действующего вещества – вопрос не ко мне. Сам не ведаю. Говорили о «памяти вещества» и приводились аналогичные ненаучные доводы. То самое «чудо», которого нам не хватало. При этом наша врач упоминала в лекции, что этими методами даже останавливали эпидемии.
Какие именно болезни и как останавливали – уже не упомню. Но если «подобное – подобным» то можно взять мазок, не буду говорить откуда, у больного, развести его стаканом спирта, взболтать, отлить капельку и ее снова развести стаканом спирта, и еще раз. На большее, у нас спирта не хватит. Больным выдавать по маленькой мензурке «лекарства» несколько раз в день, с очень умным видом – заверяя, что поможет обязательно. Уже помогает! У батюшек еще освятить можно. И у шаманов. Терять нам все одно нечего.
Канонерка летела на юг, к северной оконечности острова Санук, в моей истории носившего имя Ванкувера. Обходили остров с запада, посчитав, что восточным проливом хоть и короче, но берега прикроют нас от океанских ветров, и время в пути возрастет.
Гонка со временем. Порой даже забывалось, куда мы так летим. Парусные наряды концентрировались на работе с парусами, отыгрывая каждый заход ветра. Форштевень не просто резал воду, он ее разрубал, окатывая водяными брызгами фокмачту едва не до марса. При этом машины работали на крейсерский ход, помогая винтами полету корабля и заодно просушивая мокрый экипаж.
Вода лилась снизу, падала стеной сверху, журча убегала в шпигаты, и даже из клюзов, куда уходили якорные цепи, лились целые водопады, после того как нос корабля всплывал из очередной пробитой волны.
Гонка по океану и жизнь пропитанная водой – это однокоренные вещи. Порой воду выливал даже из своей курительной трубки, не говоря уже про ботинки и картуз. Но 950 километров перехода мы преодолели за трое суток. Правда, и здоровых на борту не осталось, все хлюпали носами и зеленели естественным цветом лица, несмотря на то, что практиковать лечение гомеопатией начал еще на корабле. Для тренировки. Какой матрос от лишнего стакана спирта откажется?
Узости и сулои на подходе к поселениям проскочили на одном дыхании. Видимо, чтоб не злить лишний раз боцмана сивушным выхлопом. Прошли мимо речного поселения, разглядывая печальную картину в бинокль, и бросили якорь у корабельного форта.
Форт разросся в солидное адмиралтейство. На стапелях стояли два практически законченных фрегата, но активности на верфи не наблюдалось. В душе даже екнуло, не опоздали ли мы.
Последующая седмица отложилась в памяти урывками. Больные люди, жуткий запах,
