Будь моей игрушкой

девушку к себе, и не обращая внимание на тычки, удары и попытки укусить. Когда ярость снова сменилась слезами, демон коротко поцеловал ее в висок и продолжил.
— Прости, я увлекся. Я не собирался обижать тебя, маленькая.
Мне не нравится, когда женщине со мной больно и страшно. И я бы не стал приставать, если бы не видел, что ты сама этого хочешь.
— Не хочу! — девушка зарычала при виде понимающей улыбки на его лице. — Я говорила тебе, что не хочу! — Девчонки все время так говорят, чтобы не выглядеть слишком доступными, — легкомысленно отмахнулся демон. — Это правила игры, детка.
И прежде, чем возмущенная девушка успела обрушить на него всю силу своего негодования, Раум разжал объятия, коротко поцеловал ее в макушку и со словами: «Подожди, я скоро» вышел.
От изумления слезы высохли сами собой. Дженни вскочила, намереваясь бежать, бежать как можно дальше, пока он не вернулся. И остановилась у двери.
Ну да — бежать. Вот прямо в таком виде — сверкая голой грудью? Она несколько раз вдохнула и выдохнула, успокаиваясь.
Демон ушел, оставив ее разбираться с этой ситуацией в одиночестве. То ли радоваться, то ли паниковать. Наверное, все-таки радоваться. Вся эта история подтверждает, что от помощи ди Форкалонена больше проблем, чем толку.
Ее еще потряхивало от воспоминаний, но все же уход Раума помог взять себя в руки. Дженни успокоилась и начала думать.
Итак, задача номер один — раздобыть одежду.
Остатки растерзанной блузки валялись на полу, а рукава, удерживаемые пуговичками на манжетах, все еще болтались на запястьях. Дженни медленно отсоединила их, подобрала разбросанные у кафедры лоскутки. Огладила плотную ткань и снова поразилась, как у нее получилось так легко порвать ее.
Словно ветхую тряпку.
Рядом с кафедрой нашлось и бюстье, к счастью целое.
Дженни надела его, и почувствовала себя чуть увереннее. Но даже в таком виде покинуть аудиторию и показаться другим студентам было решительно невозможно.
Она собрала все видневшиеся лоскутки, сложила и задумалась, вспоминая композитарные чары. По программе второкурсники должны были проходить их только в следующем месяце, но Дженни полистала учебник и даже рискнула применить, восстанавливая разбитую кружку. Правда результат эксперимента вполне можно было выставлять в музее авангардного искусства, и если из блузки получится что- нибудь похожее, то пялиться на Дженни будут не меньше, чем если она пойдет вовсе без одежды… Нет, не получится. В прошлый раз расчеты заняли почти шесть часов, а у нее тогда были под рукой все учебники и таблицы с коэффициентами сопротивляемости материала. Что же делать? Придумать другой план Дженни так и не успела. Клацнула ручка двери, створка начала открываться, и девушка в панике нырнула за кафедру.
— Детка, это я. Вылезай, — послышался голос демона.
Дженни помедлила, но поднялась. Скрестила руки на груди и прожгла демона уничижительным взглядом.
— Не дури. Смотри, что я достал, — демон медленно развернул сверток. Это оказалось платье-футляр из темно-зеленого атласа. Даже на первый случайный взгляд его цена превышала стоимость половины ее гардероба.
— Это мне? — нерешительно уточнила она.
От его ухода до возвращения не пошло и пятнадцати минут.
Как и где демон умудрился взять женскую одежду так быстро? — Кому же еще? Он поднялся на кафедру, и девушка попятилась.
— Если хочешь примерить обновку, придется подойти.
— Отдай! — потребовала она.
Он улыбнулся — до того мило, ну просто пай-мальчик.
— Конечно отдам. Я для тебя его принес. Но тут застежка на спине, тебе все равно одной не справиться.
Девушка злобно зыркнула исподлобья и промолчала, уже понимая, что беловолосый снова победил. Упрямиться просто глупо.
— Иди сюда, Дженни. Я, конечно, чаще раздеваю женщин, но помочь с одеванием тоже могу.
Она подошла и встала, повернувшись к нему спиной.
Расстегнула юбку и послушно подняла руки, позволяя надеть на себя подарок. Удивительно, но платье оказалось впору — словно шили специально на Дженни. Раум откинул спутанные кудряшки со спины, медленно застегнул пуговички — одну за другой, а потом прижался губами к шее сзади, опалив кожу дыханием. Дженни зашипела от злости вырвалась и повернулась, прожигая демона яростным взглядом.
— Ты опять, ди Форкалонен?! Он обезоруживающе улыбнулся.
— Детка, прости за то, что здесь было. Я не хотел тебя обижать. И чтобы искупить свою вину, — тут выражение его лица стало одновременно невинным и хитрющим, как у нашкодившего кота, — я приглашаю тебя на ужин.
Что за демонское обаяние у этого мерзавца?! Даже несмотря на весь гнев,