В этом мире самые могущественные и умелые маги — целители. Только они благодаря своей высокой чувствительности способны управлять магической энергией на таком уровне, который и не снился боевым магам. Герой романа — неизменный объект шуток одноклассников из-за своей полноватой фигуры — нежданно-негаданно поступает в Королевскую академию магических искусств учиться на мага-лекаря. Его полнота оказалась полезным качеством для избранной профессии, к тому же в нем открылись неординарные способности. Мирный и добрый человек, он зачастую вынужден применять свои способности для защиты себя и близких ему людей. Академия дала ему наставников, друзей и… любовь.
Авторы: Башун Виталий Михайлович
— Побоялся, — повинился я. — Побоялся, что примут меня за шпиона и не разбираясь…
— …убьют, — закончил за меня капитан.
— Да. Именно так, сэр. Как здесь относятся к элморцам, я толком не знал, а постоянные пограничные конфликты, о которых много слышал, заставляли подозревать, что не очень дружелюбно…
— Ерунда, — прервал меня граф. — То, что герцог Зеелиус якобы для короля пытается отхватить от Элмории кусок Грассерских гор вместе с Сербано, никак не касается остального Лопера.
— Но я же этого не знал! — воскликнул я. — Поэтому, согласитесь, мои опасения были небезосновательными.
Граф, поразмыслив, нехотя кивнул.
— Да. Не зная обстановки, вполне можно было бы видеть в каждом встречном жителе нашей милой страны потенциального убийцу студента-элморца, — несколько иронично согласился он.
— Дальше встретил ваш отряд, назвался поваром и до этого разговора думал, что у меня получается, — грустно сказал я.
— Следует признать, готовите вы великолепно. Не хуже, во всяком случае, моего повара в родовом замке. Одно из ваших увлечений?
— Вам это может показаться неподобающим для благородного человека, но что есть, то есть.
— Ничего позорящего честь и достоинство дворянина я в таком увлечении не вижу. Например, я знавал одного герцога, который досуг свой посвящал вышиванию крестиком. Правда, выдавать себя за кружевницу-вышивалыцицу ему и в голову не приходило, да и было бы весьма затруднительно при его-то росте и ширине плеч, — язвительно высказался граф.
— Но я же рассказал вам причину такового моего поведения! — воскликнул я и привстал. — А если вы считаете мой поступок бесчестным…
— Не заводитесь, милорд, я не имел намерения оскорблять вас, — успокаивающе поднял руки граф и пробормотал: — Только дуэли сейчас и не хватает.
— Потом был бой, — сухо продолжил я свой рассказ. — Как будущий лекарь, я не мог остаться в стороне и оставить раненых без помощи.
— Я уверен, вы ведь строите планы, как вернуться на родину.
Я кивнул, соглашаясь с очевидным.
— Предлагаю вам сделку. — Граф снова посмотрел на меня пронизывающим взглядом, в котором я прочитал отчаянную надежду. — Скрывать не буду, мне крайне необходимо, чтобы вы помогли мне выиграть время. Я уже почти договорился с королём о включении моей дочери в список на помощь целителя, — он с яростью стукнул кулаком по столу, — если бы не этот трижды проклятый мятеж! Может быть, через год, ну, полтора максимум мою девочку исцелили бы полностью. А теперь снова полная неизвестность. Снова поиски знахаря, способного помочь. Уговоры, просьбы, унижения и деньги, деньги, деньги… Мне не жаль этого презренного металла, но помощи знахарей хватает на полгода, лекарей — месяцев на восемь-девять. Потом всё повторяется снова. У меня больше сил нет смотреть, как она страдает. Гортус уже стар и не может воздействовать магией. Он дал эликсиры, отправил в горы, чтобы хоть как-то приостановить её угасание, и предупредил: если в течение четырёх месяцев я не найду помощи, моя девочка… — Он несколько раз глубоко вздохнул и жёстко спросил: — Ответьте мне честно, вы сможете подарить мне полгода времени, чтобы найти другого знахаря?
— Да, смогу, — твёрдо пообещал я, но решил добавить туману: — Мне приходилось на практике сталкиваться с подобными случаями. Но имейте в виду, это всё же риск. Моего студенческого опыта может не хватить.
— Ваше воздействие ей не навредит, если вдруг что-то не получится? — забеспокоился граф.
— Ни в коем случае, — заверил я его. — Самое страшное, что может произойти, — это если вместо полугодия мне удастся добиться отсрочки на меньшее время.
— В таком случае я хотел бы, чтобы вы попытались. Со своей стороны я даю вам слово после окончания лечения дочери и раненых стражников выделить три десятка охранников, которые проводят вас до границы и помогут перейти её.
Прикинув, какие ещё могут быть варианты благополучного возвращения в Элморию и просто выживания здесь, я сказал:
— Согласен.
— Поклянитесь, милорд, что спасёте её, — потребовал граф.
— Клянусь, что сделаю всё возможное для спасения вашей дочери.
— Этого достаточно. — Граф коротко поклонился и спросил: — Как следует обращаться к вам?
— Э-э… пусть будет Алониус. Я уже привык. Своего настоящего имени я не хотел бы раскрывать.
— Боитесь, засмеют, когда узнают о ваших горных «заблуждениях»? — рассмеялся граф. — Впрочем, можете не говорить, это ваше право. — Он перешёл на деловой тон: — Что необходимо для того, чтобы начать излечение?
— Вашей дочери все необходимые препараты я дал ещё в пути. Она готова к исц… к лечению при помощи магии. — Надеюсь,
