В этом мире самые могущественные и умелые маги — целители. Только они благодаря своей высокой чувствительности способны управлять магической энергией на таком уровне, который и не снился боевым магам. Герой романа — неизменный объект шуток одноклассников из-за своей полноватой фигуры — нежданно-негаданно поступает в Королевскую академию магических искусств учиться на мага-лекаря. Его полнота оказалась полезным качеством для избранной профессии, к тому же в нем открылись неординарные способности. Мирный и добрый человек, он зачастую вынужден применять свои способности для защиты себя и близких ему людей. Академия дала ему наставников, друзей и… любовь.
Авторы: Башун Виталий Михайлович
мы вам должны, господин лекарь? Я прошу меня извинить, но у нас сейчас нет столько денег… я знаю, сколько это стоит… интересовался… — Он говорил с затруднением, через силу. Дело было не в жадности — я чувствовал, что его беспокоит только невозможность в ближайшее время расплатиться. — Мы продадим дом, займем у друзей… мы постараемся побыстрее…
— Вот что, милейший, — бессознательно повторил я интонацию учителя Лабриано, когда он бывал недоволен, — когда вас везли в операционную, про деньги спрашивали? И сейчас никто не спрашивает. Дело в том, — пояснил я, — что я сейчас на практике и опробовал на вас новый метод, который только начали испытывать столичные лекари. Так что ваше лечение проходит, можно сказать, как испытательное, а за него денег не берут.
С минуту стояла тишина, а потом напряжение и тревога развеялись.
— Вот разве что после выписки угостите меня домашним вином, — улыбнувшись, сказал я.
— Да я… мы… весь подвал к вашим услугам! Забирайте!
— Благодарю. Весь подвал мне не нужен, хватит и бутылочки.
Пожелав егерю скорейшего выздоровления, мы с Мириниллой продолжили обход.
На восьмую ночь нашего пребывания в Бардиносе я, как обычно, связался с женой, но настроение у неё было совсем не обычное. Описать его очень непросто. Смесь счастья, радости, восторга, любви… злости, ярости и подозрительности. Гонец добрался до столицы.
— И что это значит?! После каждой практики за тобой тянется шлейф восторженных девиц! Кот похотливый! — яростно сверкая изумрудными лезвиями глаз, допрашивала меня дражайшая половина. — Почему ты не сказал, что идёшь не один?! Зачем ты их вообще с собой потащил? Никак не мог расстаться? Хотел по-тихому отправить их обратно, а там — шито-крыто?
— Свента, милая, послушай меня! Я поклялся графу, что спасу его дочь. Не мог же я там её оставить.
— Да что бы ей сделали? Замуж выдали?
— Там всё непросто было, поверь мне! Ну а не говорил, чтобы не волновать по пустякам.
— Ладно, — угрожающе-обещающе протянула жена, — потом разберёмся.
Собственно, радость и счастье в её глазах объяснялись просто. Она так и не верила до конца, что я жив и с ней общается не дух, отпущенный на каникулы. Когда травник привёз её кинжал, подробно описал меня и рассказал об излечении почек господина дознавателя, тогда только все и поверили. Наши матери были вне себя от счастья: закатили пир горой, немедленно отправили гонцов к мужьям с радостной вестью, рыжего настолько замучили расспросами, что бедняга уснул прямо в кресле с бокалом вина в руке.
Свента, не откладывая, отправилась прямиком к генералу КСОР. Тот, к счастью, оказался на месте и, выслушав рассказ, немедленно назначил своего личного порученца сопровождать мою супругу в поездке. Секретарь срочно подготовил, а генерал тут же подписал необходимые документы. Таким образом, завтра утром делегация во главе со Свентой под охраной трёх пятерок гвардейцев и двух пятерок невидимок выедет в Бардинос.
На следующий день перед самым обходом в ординаторскую заглянула госпожа Торсилеза, исполняющая обязанности заведующей больницей.
— У меня к вам серьёзный разговор, господин Филлиниан. Дело в том, что наступает время выплаты жалованья персоналу, в том числе и господину травнику, которого вы замещаете, а официально вы не оформлены…
— Я понял вас. Дайте немного подумать, — попросил я.
Насколько мне было известно ещё по столичным больницам, услуги лекарского и вспомогательного составов государственных лечебных учреждений оплачивались в виде твёрдого жалованья из бюджета и доли от стоимости лечения, до медяка обсчитанного финансистами. Я в подробности не вникал, но в цену включалось буквально всё — вплоть до стирки белья, аренды больничной одежды и проживания в палате. Счета оплачивались в следующем порядке. За государственных служащих в случае травмы или болезни, наступивших вследствие исполнения ими своих обязанностей, платило соответствующее ведомство, причём в зависимости от ранга и заслуг пациент мог рассчитывать на помощь знахаря, лекаря или целителя. Все без исключения граждане могли получить помощь травника за счёт короны — необходимый минимум. В остальных случаях, в том числе и за дополнительные услуги, платил сам гражданин.
— Я думаю так, госпожа Торсилеза. Поскольку я временно замещаю господина Ирритано, травника, и сам имею официальный ранг ассистента травника, то при расчётах следует исходить именно из оплаты услуг травника.
— Вы мне позволите самой определить, кто из пациентов должен платить, а кто нет? Многие
