В этом мире самые могущественные и умелые маги — целители. Только они благодаря своей высокой чувствительности способны управлять магической энергией на таком уровне, который и не снился боевым магам. Герой романа — неизменный объект шуток одноклассников из-за своей полноватой фигуры — нежданно-негаданно поступает в Королевскую академию магических искусств учиться на мага-лекаря. Его полнота оказалась полезным качеством для избранной профессии, к тому же в нем открылись неординарные способности. Мирный и добрый человек, он зачастую вынужден применять свои способности для защиты себя и близких ему людей. Академия дала ему наставников, друзей и… любовь.
Авторы: Башун Виталий Михайлович
он либо просто отталкивал объект, либо при этом прошивал иглами, подобными «ежовым». Доспехи были аналогом купола, только являлись средством индивидуальной защиты и позволяли в них передвигаться. Имелись и амулеты, формирующие купола и доспехи. Но их мощности хватало не более чем на час-полтора постоянной работы. Я мог держать такие узоры достаточно долго, а это требовало концентрации и непрерывной подачи нити в управляющий блок, ответственный за восстановление истощившихся участков защитного узора. Тот в первую очередь восстанавливал те участки, где произошел прорыв или существенное ослабление нитей. В случае штурма полога требовалось очень много нитей. Разумеется, управляющий блок имел структуру, содержащую про запас несколько клубков готовых нитей, но следовало вовремя пополнять этот запас.
Нити в активированных узорах не были пассивными. Они с определённой частотой пульсировали и перемещались как в защитных, так и в атакующих узорах. При этом достигался эффект отталкивания пассивной структуры и рассеивания активной. Проще говоря, камень, стрелу или тело человека доспех и полог просто отталкивают, а магус или целительский узор — тихо рассеивают, разумеется, с потерей эквивалентного объёма узора. Самое интересное то, что рассеивание магии происходит и в случае столкновения двух защитных узоров. Например, двух доспехов. В этом случае защищенным останется тот, у кого запас нитей в накопителе доспеха на момент столкновения был больше. Поэтому очень не рекомендовалось ставить купол и активировать доспех. Случайно задел границу купола — и нет ни доспеха, ни купола.
Таким образом, пробить доспех или полог можно, только истощив запас нитей в амулете или дождавшись, когда он сам себя разрядит. В активном состоянии, как уже говорилось, надолго его не хватает. О том, чтобы в бою сталкивались два целителя, я пока не слышал. Интересно, как бы они друг с другом разобрались?
Памятный мне проникающий огнешар в принципе мог использоваться против незащищенных противников, но его структура была такова, что целительские доспехи и купола мигом рассеивали его. Мне было интересно, и я спросил как-то наставника, куда девается вещество при высверливании отверстий этим узором. Если, например, с его помощью высвобождать людей из-под завалов, то они ведь и задохнуться могут от пыли, хотя во время единственного моего эксперимента на полигоне пыли не наблюдалось совсем. Ответ только разжёг моё любопытство. Предполагается, что при проникновении замкнутая спиральная магическая структура, да ещё и вращающаяся, преобразует большую часть вещества в неструктурированную магию, которая просто соединяется с общим магическим полем без каких-либо эффектов. Но так ли это на самом деле, узор тому виной, или вращение, или вовсе нечто третье, никому до сих пор неизвестно.
К сожалению, кроме удержания купола или доспеха, я пока ничего не умел — не хватало знаний и навыков. Наставник-целитель обещал, что при таких темпах обучения года через три я, защищаясь доспехами или куполом, смогу и атаковать. Впрочем, как он говорил, меня готовили не для войны, но в жизни всё может пригодиться.
Так прошло четыре месяца учёбы. От нагрузок я приобрел бледный вид и тени под глазами. Даже похудел, вероятно. Наставник по общей магии, встречая меня в коридорах академии, явно любовался моим обликом, расцветал радостной улыбкой и ехидно кланялся. Я вежливо отвечал и шёл себе дальше. Такое равнодушие не давало наставнику в полной мере насладиться моими страданиями, но ему, похоже, и этого хватало.
Летняя сессия прошла гладко. Все предметы, кроме магии, и практические занятия я посещал исправно и работал старательно, поскольку целитель убедил меня, что знание немагических методов лечения тоже будет полезно.
По результатам сессии я перешёл на третий курс, и мне присвоили ранг «ассистент травника». С этого момента я уже имел право официально работать по специальности. Сен, к его немалому счастью, также перешёл на третий курс и получил тот же ранг. К сожалению, наша группа «похудела» до четырнадцати человек. Некоторые не захотели продолжать обучение, некоторым не позволили итоги экзаменов. Всем, кто собирался продолжить обучение, предстояла первая летняя практика. Два месяца мы должны были отработать под руководством опытного знахаря или лекаря, кому как повезёт. Впрочем, при нашем уровне знаний (а у меня — практической подготовки, поскольку знаний было на четыре курса академии) особой разницы мы бы всё равно не заметили. Травник он и есть травник. Нас разделили на пары. Меня и одну девушку, Кламиру деи Лермоно, отправили в городок Сербано на севере у Грассерских гор. Сену предстояло ехать в родные края вместе с кем-то
