В этом мире самые могущественные и умелые маги — целители. Только они благодаря своей высокой чувствительности способны управлять магической энергией на таком уровне, который и не снился боевым магам. Герой романа — неизменный объект шуток одноклассников из-за своей полноватой фигуры — нежданно-негаданно поступает в Королевскую академию магических искусств учиться на мага-лекаря. Его полнота оказалась полезным качеством для избранной профессии, к тому же в нем открылись неординарные способности. Мирный и добрый человек, он зачастую вынужден применять свои способности для защиты себя и близких ему людей. Академия дала ему наставников, друзей и… любовь.
Авторы: Башун Виталий Михайлович
чем враги. Теперь же совсем другое дело, и плотность пучка иголок на порядок возрастала при этом. Копьё, секира и булава также не остались без внимания. Я эти узоры строил менее чем за минуту, но продолжал, как и обещал учителю, тренироваться дальше. Однако самой напряжённой была тренировка в одновременном построении любого узора, не отключаясь от реальности. Если раньше я полностью погружался в серебристый туман, отрешаясь от мира, то теперь уже мог, пока сквозь туман, видеть реальные объекты. С каждым разом туман становился все прозрачнее и прозрачнее. Я даже стал смутно различать на расстоянии десять — пятнадцать метров магические узоры, внедренные в амулеты других людей.
Первым я увидел узор на безобъёмной сумочке Свенты. Мы ехали в карете, и я как раз тренировался в параллельном видении магии и реальности. Туман стал уже настолько прозрачным, что я практически ясно видел лица моих спутниц. Вдруг мне показалось, что где-то справа от Свенты заискрился знакомыми разноцветными огоньками какой-то клубок. Сконцентрировав внимание на нём, я отчётливо различил реальную сумочку и внедренный в неё магический узор из нитей. Более того, я был уверен, что могу воздействовать на нити этого узора, правда, с моим опытом и знаниями можно только сломать вещь. Но ведь важен сам факт! Радость этого открытия моментально примирила меня с месяцами выматывающих тренировок. Я всё-таки не утерпел и, увидев, что в накопителе осталось энергии меньше трети, подзарядил его. Подзарядка ничем не отличалась от манипуляций с пологами или доспехами. О них, кстати, я тоже не забывал на тренировках.
Так и прошла декада нашего путешествия. Тренировки, тренировки и… тренировки. Одно хорошо — поесть вовремя не забывали.
Вечером предпоследнего дня пути мы подъехали к единственному постоялому двору в небольшом посёлке. Этот посёлок располагался в пограничной зоне и был последним поселением на пути в Сербано, до которого оставалось полдня пути.
Выпрыгнув из кареты, я первым делом направился к залу заседаний во дворе, то есть, говоря прямо, в туалет. Такие весьма нужные одиночные и групповые кабинки мы с Сеном как-то в шутку назвали залами заседаний. С тех пор и пошло. Где он? В зале заседаний. С докладом? Нет, думаю, быстренько в прениях выступит и сейчас выйдет. Значит, я рванул с докладом в зал заседаний, а остальные в дом — договариваться о постое. Пока я выступал, услышал топот коней. Похоже, ещё постояльцы прибыли, отметил я. Спокойно завершив свои дела, вышел, вымыл руки под рукомойником, висевшим неподалёку, и направился к дверям дома.
Оттуда вдруг послышались крики и шум разрастающейся драки. Я со всей возможной для меня скоростью побежал и, рванув дверь, ввалился в зал постоялого двора. Догадываться, что происходит, не пришлось. Четверо вооружённых незнакомцев в кольчугах напали на наших парней. Оружия ни те, ни другие не применяли. Бой шёл врукопашную. Кламира забилась куда-то в угол и с ужасом наблюдала за происходящим. Свента сцепилась с высоким седоватым мужчиной, по-видимому главарем. Так же как и первая четвёрка, он был защищен кольчугой, вооружён и весь увешан брошками, кулонами, камнями на цепочках и связками непрозрачных камешков. Все пальцы его рук были унизаны перстнями. Мне вспомнился тот барончик, который устроил скандал при вселении в общежитие. Этот же был взрослым мужчиной крепкого сложения с аккуратной бородкой и усами. На шее змеился рваный шрам. Они со Свентой будто танцевали парный танец. Похоже, девушке попался равный противник — понять, кто кого давит, было пока невозможно. Стремительные и плавные перемещения. Молниеносные серии ударов и блоков, уклоны, нырки… просто невозможно было за всем уследить. К сожалению, у парней дела обстояли хуже. Их явно теснили. У одного уже был разбит нос, у другого рассечена бровь и кровь заливала лицо, двое остальных держались лучше, но было видно, что противник гораздо опытнее.
Тут до меня дошло: наших бьют! Я взревел и, схватив подвернувшийся под руку стул, с яростью обрушил его на спину одного из незнакомцев. Противник рухнул на кого-то из наших парней, тот не удержался, и оба упали, можно сказать, в объятия друг друга. Дальше помнится урывками. Я хватаю другой стул и швыряю его в гада, который в это время душит кого-то из наших, вцепившись ему в горло. Потом удар в живот. Я отлетаю к дверям, сбивая мебель. Приподнимаюсь. Ко мне кто-то подлетает и пытается ударить носком сапога по лицу, а я чисто рефлекторно (мысли ушли куда-то далеко) перехватываю ногу скрещенными руками, выворачиваю ступню и толкаю противника вперёд. Он падает, я, не ослабляя захват, обрушиваюсь на него сверху. Хруст голеностопного сустава и жуткий вопль. С ума сойти! Видел бы наставник по самообороне.
