В этом мире самые могущественные и умелые маги — целители. Только они благодаря своей высокой чувствительности способны управлять магической энергией на таком уровне, который и не снился боевым магам. Герой романа — неизменный объект шуток одноклассников из-за своей полноватой фигуры — нежданно-негаданно поступает в Королевскую академию магических искусств учиться на мага-лекаря. Его полнота оказалась полезным качеством для избранной профессии, к тому же в нем открылись неординарные способности. Мирный и добрый человек, он зачастую вынужден применять свои способности для защиты себя и близких ему людей. Академия дала ему наставников, друзей и… любовь.
Авторы: Башун Виталий Михайлович
а не повторить ли мне всё это на бис? Какое-то чувство сродни интуиции заставило меня обратить внимание на входную дверь. В дверном проёме стояла Свента в белом брючном тренировочном костюме, и солнечные лучи немного сбоку и сзади золотом подсвечивали картину явления ангела народу. Я застыл, парализованный этим зрелищем, и даже не заметил, как Свента подошла к моему столику и села напротив.
— Эй, — вырвал меня из транса её голос, — где разум обитает твой, о странник? Неужели в эмпиреях заплутал, изгнанник? — весело вопросила она.
— А? — проснулся я. — Что говоришь?
— Я говорю, ты прямо здорово похудел после вчерашнего.
— Опять издеваешься?
— Ничуть. Я понимаю. Для тебя такое переживание впервые. Нас-то готовят к подобному, а вас нет. Так что все нормально. Не страдай и не мучайся. Тем более, ты сумел завалить двоих неслабых егерей, что много значит.
Я поморщился при этом напоминании.
— Все-таки скажи, из-за чего всё произошло? Я так толком и не понял вчера. Да и ранеными занялся, не до разговоров было.
— Да, собственно, из-за пустяка, — в свою очередь, нахмурилась она.
— Он тебя оскорбил?
— Нет, но его тон мне показался… — Она даже пальцами зашевелила, будто пыталась поймать нечто неуловимое, но близкое. — Ну не совсем корректным. И смотрел он на меня так, как смотрят на богатенькую девчонку, которая своими дешёвыми капризами мешает работать серьёзным взрослым людям. Я в том же тоне ответила, что, будь он повежливее, может, и согласилась бы исполнить его просьбу. Тут один из егерей, услышав мою отповедь, не придумал ничего умнее, кроме как вступиться за честь дамы… Я что, сама за себя постоять не могу?! Короче, он полез на командира, тот ответил, ему ответила уже я, наши не остались в стороне, его люди — тоже, и завертелось.
— А почему в зале было пусто? Комнат свободных нет, значит, хоть кто-то должен был ужинать в это время?
— А… — махнула рукой Свента, — как только началось, рванули наверх, как крысы. Торгаши.
— Понятно. А знаешь, со стороны мы, наверное, смотримся именно как группа богатых бездельников, которым нечем заняться или нервы пощекотать захотелось. Кареты, прислуга… Да, а что за слуг ты наняла? Я не воин, но мне показалось, они построились в боевую пятёрку?
— А… — снова махнула рукой Свента, — подозреваю папенькины проделки. Я поговорила со старшим. Они — пятёрка невидимок, которым приказано меня охранять. Нет, ну надо было набраться такого коварства, чтобы подсунуть охрану под видом слуг! То-то я в толк никак взять не могла, куда подевались телохранители, которые меня в городе опекали все два года. С теми хоть договориться можно было по-человечески. А эти даже не признались, что папенькино поручение выполняют. «Вас папенька послал?» — спрашиваю. «Не имею права разглашать», — отвечает с каменной рожей. Я решила съехидничать: «Меня хоть охраняете?» — а тот опять своё: «Не имею права разглашать». Да здесь-то что секретничать? Впрочем, мне и не нужны его ответы, и так всё ясно. Ну папенька! Вернусь — всё выскажу!
— Свента, извини за грубость, но ты действительно ведёшь себя как маленькая капризная девчонка. Отец ведь о тебе заботится!
— И ты туда же?! Я сама могу за себя постоять, — взвилась Свента.
Я демонстративно вздохнул.
— Это обязательно надо доказывать всем подряд ежедневно и ежечасно? Значит, ты боишься…
— Я-а-а?! Боюсь?!
Мне показалось, я в один миг вдруг стал для неё самым ненавистным врагом.
— Ты боишься, — тихо, но с нажимом продолжал я, — что люди не поверят, какая ты сильная и храбрая. И из кожи вон лезешь, чтобы даже последнему бродяге доказать это. А здесь не детские игрушки. Здесь пограничье. Ты, — я ткнул в неё пальцем, — в одиночку справишься с пятёркой лоперских лазутчиков? Только честно? А если тебя, дочь герцога и губернатора провинции, лоперцы захватят в плен, это никак не скажется на политике и положении твоего отца? На благополучии твоей семьи, наконец? Если тебе плевать на политику, пожалей мать. Не добавляй ей седых волос своими капризами.
Свента вскочила, зло посмотрела на меня и стремительно помчалась наверх, в свою комнату. Ну и надо оно мне было, влезать в это? Опять не сдержался. Пусть бы поиграла ещё в капризную девочку. Её родители явно к этому привыкли — одним скандалом больше, одним меньше… А теперь, кажется, я потерял хорошего друга. От этих переживаний снова захотелось что-нибудь съесть, а тут и парни, уже умытые и переодетые после тренировки, составили мне компанию.
— Ребята, а почему мы не выехали утром, как собирались? — спросил я.
— Лорд Рокериан рассказал, что при патрулировании они наткнулись на пять пятерок лоперских лазутчиков.
