В этом мире самые могущественные и умелые маги — целители. Только они благодаря своей высокой чувствительности способны управлять магической энергией на таком уровне, который и не снился боевым магам. Герой романа — неизменный объект шуток одноклассников из-за своей полноватой фигуры — нежданно-негаданно поступает в Королевскую академию магических искусств учиться на мага-лекаря. Его полнота оказалась полезным качеством для избранной профессии, к тому же в нем открылись неординарные способности. Мирный и добрый человек, он зачастую вынужден применять свои способности для защиты себя и близких ему людей. Академия дала ему наставников, друзей и… любовь.
Авторы: Башун Виталий Михайлович
слушать его и слушать. Уже через минуту разговора я совсем забыл про её внешность, она перестала иметь какое-либо значение. Я слышал только голос и видел только лучистые карие глаза. Гипноз какой-то.
— Знаете, вы первый, кто не расточает дифирамбы моей фигуре. Может, вам и платье моё не нравится? — живо и с искренним интересом спросила сотрапезница. — Скажите честно. А то все только и говорят, как оно мне идёт и какая я в нём красавица. Однако я вся извелась в сомнениях, что-то мне в нём не нравится.
— Ваши сомнения небеспочвенны, — несколько уклончиво ответил я.
— Вот! Я так и знала! А что бы вы посоветовали?
— Ну мы не в модной лавке, но, думаю, более свободное с широкой юбкой и пояском подошло бы больше.
— Вот! Я так и думала. А подруга настаивала на этом. Якобы со стороны виднее. Спасибо, вы мне очень помогли.
— Как говорил один владелец шляпной лавки: «Ни одна женщина, пришедшая с подругой, не купила себе ту шляпку, которая действительно ей шла», — ввернул я немного философии в беседу.
Всё оставшееся время завтрака мы болтали на самые разные темы, как давние друзья. За столь недолгие минуты трудно, конечно, многое понять, но мне показалось, что Вителлина очень хорошо разбирается в искусстве, особенно в музыке, театре, живописи и литературе. Она спросила, люблю ли я балет, на что получила честное «нет». Не люблю, ибо ничего в нём не понимаю. К опере отношусь хорошо, но в столице так и не довелось побывать в знаменитом Королевском театре оперы и балета.
Наконец настал момент отправляться в путь. Я взглянул в сторону Свенты. Просить извинения мне было не за что. Если обиделась на правду, то я не собираюсь помогать ей холить и лелеять обиду. Тут мы встретились взглядами, и я увидел в её глазах ту же пустоту и равнодушие, что и вчера. Нет, решил я. Полдня в одной карете с такой Свентой я не выдержу. Впрочем, дело решилось просто. Я нашёл извозчика дилижанса и купил себе билет до Сербано. Дождавшись, когда я погружу свой невеликий скарб и усядусь сам, возчик щёлкнул кнутом, и мы отбыли. Вителлина попросила какого-то пожилого господина поменяться со мной местами, что тот едва ли не с восторгом и сделал. В дороге мы с ней продолжили наши разговоры. Так и скука пути будет развеяна, и время пройдёт быстрее. Можно было бы, конечно, немного потренироваться в магии, но когда ещё встретишь столь интересного собеседника?
Двигались мы медленно, о чём ещё вчера нас всех предупредил Рокериан. Объяснялось это необходимостью постоянно направлять егерей вперёд на разведку. Пятёрка охраны дилижанса держалась где-то посередине каравана, чтобы при необходимости успеть отразить нападение с любого направления.
Ехали мы уже часа четыре, и возчик оптимистично предположил, что такими темпами мы будем в Сербано часа через три. Однако минут через десять после его слов караван остановился. Я выждал некоторое время, но, поскольку движение не возобновилось, вышел из дилижанса, чтобы размять ноги и заодно узнать, в чём дело.
Перед дилижансом стояли Рокериан с одним из егерей, Свента, командир пятёрки её охранников и командир охраны дилижанса. Лица их были мрачны и тревожны. На мой вопрос о происходящем Рокериан ответил, что впереди обнаружена засада лоперцев. Три пятёрки. Но не исключено, что поблизости обретаются ещё две пятёрки, если это тот же отряд, с которым егеря столкнулись совсем недавно. Уже отправили человека выяснить этот вопрос. Вскоре тот вернулся из разведки и принёс неутешительные новости. Действительно, сзади к дороге приближался лесом ещё один отряд из двух пятерок.
План лоперцев был прост и неоригинален — куда бы караван ни двинулся, он наткнется на один из отрядов. Его охрана будет скована боем, затем подойдет другой вражеский отряд, клещи сомкнутся, и результат будет предрешен. Вряд ли командир лоперцев ожидал встретить вместо одной пятёрки охраны, максимум двух, целых четыре. До подхода отряда, посланного лоперцами в обход, оставалось минут десять — пятнадцать, и Рокериан, который взял на себя командование, предложил атаковать тот отряд, что впереди. Разбить противника по частям — единственный шанс победить.
Охранники дилижанса — умелые воины, но не чета егерям. Студенты есть студенты — никакого боевого опыта. А на что способны телохранители Свенты, никто не знает. Однако их командир заверил, что они не подведут. Более того, если мы не успеем разделаться с передовым отрядом до подхода второго, они берутся впятером сдерживать этот второй отряд.
— Жаль, мой амулет целительского доспеха выдержит только один удар, — сказал Рокериан, осуждающе глядя на Свенту.
Та, ничего не поняв, просто пожала плечами.
— Позвольте мне взглянуть на этот амулет, — попросил
