В этом мире самые могущественные и умелые маги — целители. Только они благодаря своей высокой чувствительности способны управлять магической энергией на таком уровне, который и не снился боевым магам. Герой романа — неизменный объект шуток одноклассников из-за своей полноватой фигуры — нежданно-негаданно поступает в Королевскую академию магических искусств учиться на мага-лекаря. Его полнота оказалась полезным качеством для избранной профессии, к тому же в нем открылись неординарные способности. Мирный и добрый человек, он зачастую вынужден применять свои способности для защиты себя и близких ему людей. Академия дала ему наставников, друзей и… любовь.
Авторы: Башун Виталий Михайлович
милейший, да, — понял моё удивление Лабриано. — Уже более ста пятидесяти лет всех потенциальных и состоявшихся целителей обязательно направляют в Сербано. Именно для того, чтобы они могли увидеть этот сон. Кто-то, как ты, видит его задолго до Сербано, кто-то в самом городке, а кому-то приходилось и к горам приближаться. Видимо, то, что эти сны насылает, находится где-то там. Мы, кстати, не отказываем в поездках и так называемым лекарям из других стран, несмотря на пограничную зону. Они, конечно, всячески секретничают и на одного своего целителя отправляют пять-шесть простых лекарей, но поскольку все заинтересованы в беспрепятственном развитии этого дела, препоны никому не чинят. Увы, не каждый решается войти в лабиринт и не каждый, пройдя его, решается принять знания. Вот так-то, почтеннейший. — Некоторое время он помолчал, потом тихо и очень грустно сказал: — Я прошёл, но не решился. И каждый год даю себе слово прекратить мучения, поехать в Сербано и снова пройти этот клятый лабиринт… и каждый год то дела не дают, то настроение не то, то устал и надо отдохнуть… Отговорки, отговорки, отговорки. Такие дела, милейший. А ты, если я правильно понял, принял знания?
Я кивнул, и мы с учителем некоторое время посидели молча. Наконец у меня созрел риторический вопрос:
— Значит, моё направление на практику в Сербано не было случайным?
— Разумеется. В комиссию по распределению практикантов поступил запрос на тебя и Кламиру. Ту направили в качестве прикрытия. А вот кто и как направил Свентаниану туда же, этот вопрос, я думаю, КСОР уже прояснил, и, вероятно, каких-то чиновников-мздоимцев академия недосчитается. Да-да, милейший. Есть у меня сведения, что твоей подруге пришлось кому-то хорошо заплатить, чтобы её направили именно в Сербано. Что из этого вышло, ты ощутил на себе. Слава богам, жив остался. Но вот зачем ей это понадобилось, непонятно.
Мне-то как раз было понятно зачем: где ещё, как не на границе, могла она найти приключения на свою… голову. Подвигов захотелось.
Далее учитель сказал, что с ним заниматься мы теперь будем раз в неделю, а в остальные дни мне предстоит работать с новым наставником, точнее, наставницей, которая будет учить меня применять знания, полученные мною во сне.
— Сейчас госпожа Греллиана ано Брасеро, землячка твоя, кстати, должна быть у себя, в больнице имени королевы Сенлины.
По традиции, больницы и госпитали основывали и финансировали супруги королей. Население росло, как и нужда в больницах, и у каждой королевы было к чему приложить свои силы и финансы.
— Хочу тебя предупредить, милейший. Пусть тебя не вводит в заблуждение её внешний вид. Знай, что ей уже сто семнадцать лет, и не делай глупостей. — Он весело мне подмигнул и стал собираться, чтобы проводить меня к наставнице.
До больницы нам пришлось добираться минут двадцать пять. Я прикинул расстояние. Получалось, что возвращаться в общежитие пешком далековато. Будто подслушав мои мысли, учитель пояснил:
— Вечером после занятий с целительницей тебя будет ждать такая же карета. Как видишь, она ничем не отличается от обычного наёмного экипажа.
Я удивился:
— А разве мы не в наёмном?
Лабриано тихо захихикал:
— Нет, милейший, не в наёмном. Эксплуатация экипажа по сравнению со стоимостью твоей охраны — сущие копейки. Так что в поездках по городу можешь себя не ограничивать.
Кони остановились напротив входа в большой пятиэтажный дом, в оформлении которого было мало излишеств вроде лепнины, мраморных колонн, атлантов и кариатид. Но и впечатления серой казармы он не производил.
Поднявшись на второй этаж, мы вошли в кабинет целительницы, высокой дородной женщины, лет тридцати на вид, с круглым улыбчивым лицом и строгими глазами.
— Госпожа Греллиана, позвольте представить вам моего ученика Филлиниана деи Брасеро. Он видел сон и принял знания.
В очередной раз мне пришлось рассказать свою эпопею странствий. Слава богам, наставнице хватило краткой версии истории. Само собой, не забыл я похвастаться исцелением лесоруба и нескольких инвалидов.
— Безответственные, самонадеянные мальчишки! — «похвалила» мои опыты наставница. — Вам, юноша, ещё простительно, но этот Герболио как был мальчишкой, так им и остался. Как вы могли ставить свои эксперименты на живых людях?
Я в недоумении уставился на госпожу Греллиану. Она была в непритворном гневе. Догадавшись, что я и учитель ничего не понимаем, она пояснила:
— Лабриано, что тебя удивляет? Ты же прекрасно знаешь, что это знание из сна — далеко не то божественное озарение и не чудесный дар небес, который сразу штампует готового целителя. Такое знание надо усваивать и развивать постепенно.
