Будем жить!

— Э-это что? — спросил малость обалдевший старшина.
— Героическое фэнтези, — пояснил Патрик. — Или, если по-немецки, дас ист фантастиш. Так что правильно ты выбрал «Незнайку», но все равно пора обедать.
Надо бы маме такую электронную книгу подарить, подумал старшина, поудобнее устраиваясь на откидной койке с целью послеобеденного сна. Она ведь читать любит и жаловалась, что книги стали очень дорогие и неинтересные. Только попросить Патрика стереть оттуда все эти героические фантазии и всяких косых против шизанутых тоже. И чтобы он при маме не говорил, как это теперь зовется, а то она не любит, когда при ней выражаются. Нет, ну точно в этом двадцать первом веке происходит что-то не то. Это же надо было догадаться — назвать книги какими-то ебуками!
Так прошло двое суток. Теперь старшина был уверен, что негры патриковского сына — настоящие солдаты. Ибо только они могут сутками напролет дрыхнуть, как выпадет спокойное и ничем не занятое время, отвлекаясь лишь на еду и противоположные действия. Сам Малой тоже отнюдь не недосыпал, но все же давить ухо по восемнадцать часов в сутки ему уже не позволял возраст. Зато в электронной книге, кроме «Незнайки», нашлась еще и «Повесть о Ходже Насреддине», которую Малой до этого не читал, так что скучно ему не было. Хотя, конечно, гондола, которая по внутреннему объему была с небольшой автобус типа пазика, изрядно надоела.
Но где-то часа в три пополудни третьего дня полета Павел, сидевший в это время на пилотском месте, позвал отца:
— Пап, на радаре какая-то засветка. Это, что ли, твой остров?
— Похоже на то. Доверни вправо, вряд ли он обитаем, а отдохнуть денек на твердой земле нам не помешает.
— А на нашей Земле он есть?
— Конечно, откуда бы я иначе про него знал. Это остров Святой Елены, на который сослали Наполеона.
— Историческое место, — хмыкнул Павел, — надо будет там сфоткаться, а могилу Наполеона недолго и прифотошопить. Где-то через час мы там будем, как его станет видно, я позову.
Действительно, через сорок минут на горизонте появилась дымка, а вскоре можно было рассмотреть и саму землю.
— Какой-то он тут не совсем как у нас, явно больше, — заметил Патрик, разглядывая остров в сильный бинокль, — и, кажется… Да, точно, это дом или, скорее, его развалины, так что, Паша, притормози. Вышлем разведчик и посмотрим, что там. А то действительно, отчего бы у агров не оказаться своему Бонапарту?
Дирижабль лег в дрейф, и с него была запущена радиоуправляемая модель вертолета, снабженная телекамерой. И где-то через полчаса Патрик начал комментировать:
— Это был достаточно населенный остров, но именно что был. Сейчас — никаких признаков присутствия человека.
— Мор или война? — поинтересовался Павел.
— Такое впечатление, что нет. Все мелкие деревеньки заброшены очень давно, от них уже почти ничего не осталось. Поселок вокруг большого дома на северной оконечности острова выглядит поновее, а сам дом вообще практически целый. Следов нападения нет, и вообще все это напоминает мне процесс, скажем, обезлюживания какой-нибудь неперспективной деревни. Сначала лишаются жителей самые неудобно расположенные дома, но деревня еще как-то живет. Потом в ней остается полтора пенсионера, и, наконец, они либо переселяются куда-то поближе к цивилизации, либо умирают. Вот и здесь похожая картина. Последним явно был покинут вот этот большой особняк, а за ним есть площадка, куда можно приткнуть дирижабль, так что я предлагаю сесть там.
Пока дирижабль подлетал к выбранному месту и снижался, разведчик облетел еще два поселения.
— Да, — резюмировал Патрик, — нигде нет ни одного трупа, скелета или даже следов поспешного покидания поселков жителями. Разрушения явно носят естественный характер. Садимся. Паш, на тебе предварительная разведка.
Дирижабль коснулся земли дугами, и пилоны, на которых стояли моторы, повернулись так, что винты теперь смотрели вверх. Затем был включен реверс, и теперь аппарат прижимался к земле тягой работающих двигателей, что позволяло пока обойтись без якорей. Павел во главе своего войска вышел наружу. Через четверть часа он доложил:
— Пусто, а на втором этаже даже пыли почти нет. Двери были закрыты, но не заперты. Метрах в семидесяти от дома — полуразвалившаяся беседка, и в ней, похоже, остатки человеческого скелета и не то ремня, не то еще чего-то с пряжкой. Из фауны разок мелькнула какая-то крыса.
— Возвращайтесь, — скомандовал Патрик, — раз причин срочно улетать нет, заякорим дирижабль.
— Ну, и что здесь все-таки случилось? — спросил Малой, когда его друг закончил читать бумаги, нашедшиеся в небольшой комнате на втором этаже, скорее всего