Бухта Калибан

причине, во всей этой заварухе он на нашей стороне, да, — медленно сказал он. — И Ребекка узнала одно из имен в списке, этот человек раньше работал с вирусами. Информация выглядит достоверной.
Это не было прямым ответом, но уж какой был.
— Каковы наши шансы подцепить вирус? — тихо спросил Стив.
Дэвид кивнул Ребекке:
— Ты можешь примерно описать нам, с чем мы можем столкнуться? Может быть, немного из своего опыта…
Она кивнула, поворачиваясь ко всем:
— Я не могу точно сказать, с чем мы имеем дело. Когда нашу команду отстранили от дела, я лишилась доступа к образцам слюны и тканей, так что я не смогла провести никаких тестов. Но, судя по действию, совершенно очевидно, что Т-вирус — это мутаген, изменяющий строение хромосом носителя на клеточном уровне. Он способен поражать всеобъемлюще, проникая в любой вид: растения, млекопитающие, птицы, рептилии, что угодно. У некоторых существ он провоцирует небывалый рост; у всех без исключения вызывает агрессивное поведение. Я читала доклады, что попались нам во время операции, и могу сказать, что он также влияет на реакции, протекающие в головном мозге, по крайней мере, у людей. Уровень их Д2 рецепторов становится невероятно высоким, что приводит к чему-то, подобному шизофреническому психозу. Он также существенно повышает болевой порог. Человеческие жертвы инцидента, что мы встречали, едва реагировали на раны от выстрелов, и, хотя они наносили им сильнейший физический урон, они их практически не чувствовали…
Она замолчала, будто вспоминая, сейчас она казалась гораздо старше своего возраста:
— Тот вирус, что мы обнаружили в лабораториях, выглядел передающимся воздушно-капельным путем, но я не думаю, что это его основная или предпочтительная форма. Почти наверняка ученые во время генетических экспериментов делали инъекции вируса. Учитывая, что никто из нас не был заражен, и сам вирус не распространился на большей площади, думаю, можно не беспокоиться о том, что мы можем вдохнуть его. Чего следует опасаться, так это контакта с носителем, и я имею в виду — любого контакта; сейчас я не могу дать большей информации, но этот вирус невероятно опасен при попадании в кровоток, одна капля крови носителя может содержать сотни миллионов частиц вируса. Нам понадобится полностью оборудованная лаборатория и хороший специалист-вирусолог, сведущий в вопросах биологического заражения, чтобы обезвредить вирус и не допустить его воспроизведения в дальнейшем, но на данный момент мы любой ценой должны исключить прямой контакт с ним. Если нам повезет, то там все носители будут мертвы… или, по крайней мере, не столь подвижны, как раньше. Хотя бы люди-носители.
В комнате повисла напряженная тишина, все пытались осознать факты, которые она привела. Дэвид видел, как они были потрясены, да и сам был немного шокирован. Знать, что вирус опасен, это одно дело, а вот услышать его характеристики — совсем другое.
» Боже, чем думали эти люди? Как же они могли спокойно жить, после того как умышленно заражали других такой мерзостью? »
Не успел он развить эту мысль, как явилась другая: как сам он будет жить, если кто-нибудь из его команды заразится? Ему раньше доводилось возглавлять миссии, во время которых его подчиненных ранили, и дважды, еще до того, как он стал капитаном, он участвовал в операциях, в которых члены S.T.A.R.S. были убиты. Но по собственной инициативе брать свою команду в место, где их может поразить тихий, ужасный враг — вирус, в место, где они могут умереть от когтей какого-нибудь даже не человека, а монстра…
«… это будет на моей совести. Миссия не санкционирована, вся ответственность лежит на мне. Могу ли я действительно просить их о таком? »
— Что ж, звучит дерьмово, — наконец сказал Джон. — И если мы хотим попасть туда вовремя, нам лучше поторопиться.
Он улыбнулся Дэвиду, чувствуя себя нехарактерно подавленным, но улыбка была прежней:
— Ты меня знаешь, я люблю хорошую заваруху. Да и должен же кто-то остановить этих ублюдков и не дать им распространить эту заразу, верно?
Стив и Карен кивали, на их лицах отражались те же чувства, что у Джона — потрясение, понимание; Ребекка же приняла решение еще в Раккуне, хоть и знала, что их ждет. Дэвида захлестнула странная, удивительная смесь чувств: гордость за всех них, страх, тепло, и он совершенно не был уверен, что со всем этим делать.
Через несколько секунд неопределенной