Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
давления). В те года дизельные двигатели были не очень популярны, и все генераторы работали, в основном, на бензине. А тут на тебе – дизель! Газоотводная труба, обмотанная асбестовой тканью, уходила в стоящий на полу, цилиндрической формы, бак, из нержавеющей стали. Из бака, сверху, выходила толстая труба, которая присоединялась к ещё более толстой трубе, подвешенной к стене, и идущей параллельно потолка; один конец этой трубы исчезал в стене, с сейфовой дверью. Под потолком было несколько толстых, – скорее всего вентиляционных, – труб, и все они вели к загадочной стене. Трубы были толстыми, но в то же время недостаточными для того, чтоб через них можно было пролезть. Толстые патрубки охлаждения двигателя уходили в одну из вентиляционных труб, по одному из патрубков шло два провода, от внутренней сети двигателя. Крыльчатка охлаждения работает от электрического мотора – у нас до этого только в восьмидесятые додумались! Пройдя по патрубкам до толстой трубы, я увидел на ней небольшую дверцу. Открыв её, я удивился – передо мною был круглый радиатор, находящийся внутри трубы. Над трубой была заливная крышка. Расширительный бачок был закреплён на кронштейне, возвышающимся над двигателем. Помпа, наверное, какая-то усиленная, – ведь радиатор охлаждения находится далековато, от самого движка. Из стены, напротив входа, торчала изогнутая труба, на конце которой был кран. Я покрутил его латунный барашек, и из трубы полилась маслянистая жижа. -Солярка, – сказал Аскет, – Где-то вкопана ёмкость. Немцы тоже не дураки, наверняка цистерну вкопали не безопасном расстоянии от сооружения. Если слить осадок, то, скорее всего, там будет нормальное топливо. За двигателем, стояла двухсотлитровая бочка, в которой было масло. Везде стояли какие-то канистры, заливные воронки, завёрнутые в промасленную бумагу детали. На стеллаже, среди разных частей, бутылок и банок, стояло несколько аккумуляторов. В углу, из пола торчала ручка, дёрнув за неё я открыл люк, из которого повеяло холодом, и запахло протухшей водой. В люк можно было спуститься, где-то по пояс. Посередине квадратной ямы, с бетонными стенками, зияла чёрная дыра, с гладкими, бетонными стенами, уходящая глубоко вниз. В эту дыру спускался шланг. Рядом лежало небольшое веретено, с намотанным на него тонким тросом, на конце которого пристёгнут карабин. -Похоже, это колодец; – предположил я. -Похоже, – согласился Аскет, – Вон и ведро стоит! – он указал на новенькое, стоящее в сторонке, ведёрко. -Если электричества нет, то можно вручную водички набрать! – догадался я. Он снял висящую на стенку металлическую деталь, похожую чем-то на складной туристический стульчик. Раскрыв его, он поставил получившуюся конструкцию в бетонную яму колодца – в ней оказались специальные пазы, для этого “стульчика”. Поверх него Наёмник в два полукруглых отверстия вставил веретено, защёлкнул эти отверстия двумя маленькими замочками – получился настоящий колодец. В довершении, увлёкшийся Наёмник, пристегнул к карабину ведёрко, и опустил его на дно колодца. Вода была не глубоко, долго крутить не пришлось. Вытащив ведро, мы посмотрели на слегка темноватую воду – пахло от неё тухлятиной. -Если фашисты в этот колодец никакой гадости не кидали – то пить можно! – пояснил я. -Отраву? – не понял Аскет. -Да, были у них специальные таблетки, и порошки – кидаешь в русский колодец, и тот, кто пьёт эту воду – умирает от отравления. И пили люди – хотя знали про отраву, и умирали – куда деваться, пить то хочется! Мы внимательно рассматривали слегка желтоватую воду. -А то, что воняет от неё – так вода в любом глубоком колодце вонять будет, если её не вычёрпывать время от времени. Застаивается водица, вот и пахнуть болотцем начинает, – продолжил я, – Если её вычерпать, то в принципе нормальная должна быть. Мы встали, ещё раз оглядели разнообразные баки, трубы и емкости, весящие на стенах огнетушители. Выходя из генераторной Аскет постучал по мягкой обивке, с внутренней стороны, двери пальцем: -Шумоизоляция. Слушай, а на входной двери, через которую мы сюда зашли, есть засов или задвижка? Я про уличную дверь в “ДОТ”; – пояснил он. Столько дверей и коридоров мы прошли, что тут поневоле запутаешься! -Вроде что-то подобное там было! – сказал я, понимая, к чему клонит Аскет: Крыша над головой, более ли менее сухо, есть кровати, печи, вода, лазарет и удобная система “ДОТ-ов”, сообщённая потернами, с кучей оружия и боеприпасов. -Нам сюда лучше переехать, – подтвердил Аскет мою догадку, – По сравнению с нашим лагерем – тут пятизвёздочный отель! -Машины куда? – спросил я. -Машины загоним подальше в лес, на южную сторону. Там их не найдут. Мы вошли в спальное расположение. Чёрный приоткрыл дверцу буржуйки – на его пальцах осталась ржавчина, которую он вытер о шершавый,
