Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
со спиралью, но загорелась ярко – не то, что вчера! Погорев несколько секунд, она потухла, и я нажал на кнопку пуска двигателя. Двигатель зашумел – раскручиваемый стартером, но мотор не завёлся. Ещё раз прогрев свечи я попытался запустить двигатель снова. Во второй раз снова ничего не произошло. Услышав через открытую дверь звук запускаемого двигателя, пришёл Серёга, с очередной кружкой кофе в руках. -Не схватывает? – спросил он, отхлебнув из кружки и поставив её на стеллаж. -Да. Что-то не заводиться. Как бы ни пришлось его перебирать. Серёга, присев на корточки, принялся внимательно разглядывать двигатель, через какое-то время его взгляд дошёл до топливного бака, он хлопнув ладонь о ладонь открыл маленький краник, находящийся прямо под баком, и от того не замеченный мною. Затем, пройдя глазами по медной трубке топливопровода, он открутил металлическую крышечку на топливном насосе. Крышечка оказалась ручным насосом. Он вытянул её, затем с силой вдавил – и так повторил несколько раз, пока из небольшого металлического клапана, с шариком внутри, не закапала солярка. Подумав о чём-то, он вновь принялся качать. Из клапана с шипением вместе с соляркой выходил воздух. -Надо прогнать воздух! – пояснил он. – Соляра не поступала. Попробуй сейчас! – сказал он, закручивая крышку ручного насоса. Я снова прогрел свечи, боясь, что напряжения аккумулятора не
хватит на третий раз. Запустил стартер. Коленчатый вал крутился рывками – как будто, в конце полного оборота он упирался во что-то, потом с помощью силы стартера преодолевал сопротивление препятствия, и вновь делал полный оборот. Вдруг обороты двигателя участились – послышался звук детонации. Показалось, что двигатель будто “троит”, я отпустил кнопку стартера – и двигатель снова затих. -Давай ещё! – азартно проговорил Серёга, вперивший напряженнёй взгляд в дизель. Я вновь нажал на выключатель, двигатель закрутился уже быстрее, снова “затроил”, и через несколько секунд ожил, наполнив комнату мягким рычанием. Комната заполнилась шумом, стрелки на приборах запрыгали, указывая на какие-то цифры, в комнате появился не сильный, но отчётливый запах сгоревшей солярки. Двигатель работал не устойчиво, обороты то увеличивались, то резко падали. -Пусть потарабанит, столько лет ведь стоял! – успокоил Беркут, вытягивая рукоять ручного привода газа. -У него кольца должно быть, залипли! – сказал я, не раз слышав от бывалых шоферюг байку про то, что на застоявшихся двигателях кольца нужно менять. Но вопреки всему, двигатель работал. Постояв немного, и полюбовавшись на ревущий, чадящий сквозь ссохшиеся уплотнители системы вывода отработанных газов дизель, мы пошли на кухню. Нас встретили удивлённые взгляды наших товарищей: -И где свет? – спросил Левинц. -За электричество семьдесят лет ни кто не платил, а ты говоришь свет! – ответил Серёга. -Пусть движок приработается, потом будем и ток по проводам пускать! – вмешался я, не давая товарищам снова начать спор. Выпив по чашке кофе, мы с Беркутом направились в генераторную, к электрощиту. Поплевав на пальцы на удачу, Серёга включил первый тумблер: тот сухо щёлкнул, но ничего вокруг нас не изменилось. Он щёлкнул вторым тумблером – предохранитель над ним, неприятно зашипев и задымившись, сгорел. В этот момент обороты двигателя на несколько секунд упали, и он чуть было не заглох. Запахло горелой пластмассой. -Тут замыкание! – объявил Сергей. -Наверное, освещение туннеля! – предположил я. – Там многие плафоны на половину залиты водой! Он включил ещё несколько тумблеров – но, как и после включения первого – ничего не произошло. Затем, при поднятии очередного рычажка – двигатель взревел, автоматически набирая обороты, завибрировал, – будто неведомая сила хочет разорвать его из нутрии на части. Внутри стены что-то грохнуло, будто с той стороны ударили по стене огромной кувалдой, затем раздались какие-то глухие щелчки. -Дверь! – вскрикнул я. Схватив прислонённый к стене автомат, я выбежал в коридор, направив ствол оружия, и луч своего фонаря, на огромную дверь. Железная плита медленно отъезжала от стены. В генераторной что-то едко зашипело, заискрил сварочными вспышками электрощит, послышалась матерная ругань, которая тут же утонула в грохоте двигателя. Дизель набрал бешенные обороты, заполнив сильным шумом пространство вокруг нас. Рядом со мною стоял, не заметно подошедший, Аскет. В его руках был направленный на дверь “Кедр”, и он заворожено смотрел на приведённую в движение железную громадину. Вдруг гул надсадно работающего двигателя резко стих. В стене снова что-то сильно стукнуло – звук удара отдался дрожью в полу. Дверь на секунду замерла, издавая грохот крутящихся шестерней, приводимая в движение неведомым механизмом, со скрипом поползла в
