Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
Поисковиков должны срезать пулемёты сразу после того, как те обнаружат себя своим ответным огнём. Всё было сделано, и “Т-3”, так же, без света, потихоньку покатил “домой”. Вернувшись, они обнаружили в лагере некоторую суету – пропал их пленник, вместе с куском машины. Среди боевиков шла молва, что некая сила выдернула пленника, вместе с куском толстой, стальной трубы. Больше всего переживал бегство пленника разбуженный перед началом боя, и обнаруживший пропажу Шкас, порывавшийся сорваться на его поиски. -Не сейчас! – успокаивал его Чех. – Дело сделаем, тогда всей группой искать будем! А сейчас ты, нужен здесь, в группе! Тот с неохотой согласился, зло пристегнув сухо щёлкнувший магазин к автомату. Подходило время начала штурма. Все заняли места – кто в машине, кто в уютном окопе пулемётчика, откуда открывался хороший обзор всей зоны действия. По команде Тереха машины сорвались с мест. Чех выпустил в небо первую, из большого ящика, осветительную ракету. Она со свистом взмыла в ночное небо без звёзд, и на поляне стало светло. Где-то далеко в тёмном поле вспыхнули фары “Ровера”, разрезая яркими
лучами ночное небо. Застрочили вдалеке автоматы, в бинокль можно было увидеть двух боевиков, спрятавшихся за “Ровером” и стреляющих в сторону лагеря под прикрытием повреждённой аварией машины. Ответной стрельбы не было. Машины ехали к поисковому лагерю одной шеренгой, как вдруг неожиданно под днищем одного из несущихся по полю без фар внедорожников, раздался взрыв – машина, резко сбавив скорость, свернула в сторону, слегка накренившись на бок, будто подстреленная лань. Одно колесо отлетело в сторону, и джип бороздил землю штангой подвески, оставляя за собой глубокий рваный шрам на травянистом полевом ковре. Проехав по инерции несколько десятков метров машина, без люка в крыше, вспыхнула ярким факелом посередине поля. -На мину нарвались! – сплюнул наблюдающий через оптику за разворачивающимся боем Егерь. В этот момент рядом с другим джипом, на котором устроился пулемётчик, грянул взрыв, разбросав вокруг несущейся машины, перемешанные с ошмётками земли искры, щедро сыпавшиеся на голову пулемётчика. Машине этот взрыв не причинил особого вреда – поскольку взрыв был в стороне. Лишь осколками выбило одно стекло, и в нескольких местах пробило обшивку кузова. -Растяжка, противопехотная! В стороне жахнула! – комментировал Егерь, не отрываясь от резиновых уплотнителей бинокля. Подъехав к исходным позициям, не обращая внимания на потери, растянувшись вокруг лагеря полу кольцом, пулемётчики открыли неистовую стрельбу, не жалея ни патрон, ни своего оружия. Вспышки сотен выстрелов озарили пространство, подсвечиваемое так же полыхающим на поле внедорожником. Яркие ракеты взмывали в небо одна за другой, и на поле было больше света, чем днём. Боевики, десантировавшиеся из машин, заняли позиции за ними, и принялись обстреливать лагерь из подствольных гранатомётов. Освещённый ракетами, ярким факелом горел в стороне от боя джип, испуская чёрные клубы дыма в освещённое искусственным светом небо; словно подсвеченный умелыми осветителями, он был частью декораций для съёмок остросюжетного фильма. Иногда из яркого огня вырывались вспышки, огненными грибками устремляющиеся вверх, к чёрному от копоти и гари небу. Хлопали разрывающиеся патроны и боеприпасы, громко жахнула граната, раскидав горящие ошмётки машины в радиусе нескольких десятков метров вокруг неё. В лагере поисковиков слышались разрывы небольших гранат, звонкие шлепки пуль, которые пробивали обшивку одиноко-стоящей “Нивы”. По рации поступил сигнал, о переходе ко второй части мероприятия. Две машины, приняв бойцов, поехали в окружение лагеря – по плану Тереха им нужно было занять фланги. Третья машина – “Т-3”, по плану осталась на месте – прикрывая тыл. -Эх, миномёты бы! – громко крикнул Егерь, наблюдая за спланированными действиями боевиков. Через минуту бойцы, прикрываемые со спины закопченными пулемётными стволами, широко расставленной цепью, с готовым к бою оружием, двигались к лагерю, сужая с каждым шагом получившиеся полукольцо. Ещё через несколько минут раздались взрывы, и человеческие крики, преисполненные болью. Лагерь был заминирован. Егерь только сейчас понял, что они угодили в ловушку. Сейчас, когда он, находясь на почтительном расстоянии от места боя, слышал взрывы и крики раненых, понял, как он недооценивал Аскета. Он, командир роты, бывший капитан разведывательных войск Николай Терехов, так же терял людей в Чечне, по своей недальновидности заведший своих солдат в засаду. Тогда его предали, сдали с потрохами, сдали свои же. Он не смог предвидеть этого, хотя считал, что предусмотрел всё; он повёл на верную смерть около сорока человек. Для того, чтобы убить
