Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
– поправился звонивший. -Я очень рад! Извините, но у меня нет времени, говорите по делу, и покороче! – просил Чех. -Это хорошо! – обрадовался звонивший. – Значит к делу. Вы находитесь в запретной зоне, которая находится под охраной государства! На этой территории находится секретный объект. Вы вторглись на запретную территорию! Вы это понимаете? -Я нахожусь в бане с бабами! – зло вставил Чех. -Не будем друг друга обманывать. Мы знаем, где вы находитесь, это легко установить с помощью сигнала вашего же телефона. -И что теперь? -Теперь вы умрёте; – спокойно ответил голос на том конце. -Не понял? -А что ту непонятного? Вы вторглись на чужую территорию, и увидели то, чего видеть не должны были! Из этого места живым никто не выйдет! Чех замолчал. Он просто не знал, что говорить в таких случаях. Звонок был непростой – этот его номер знали немногие. -Но мы с вами деловые люди, поэтому всегда сможем найти компромисс! – нарушил молчание доброжелательным тоном незнакомый голос. – Сделайте так, чтобы все ваши люди остались там, вы меня понимаете? Все, кто видел то, что не должен был видеть! -Я что, должен завалить своих людей? Ты это хочешь сказать? -Скажем так: вы с Крапом и экипажем вашего вертолёта можете покинуть это место. Всё, что видели, должно сохраниться в тайне. Иначе сами понимаете. Остальные должны остаться там. Как? Это уже ваши проблемы! Мы делаем вам это предложение, потому что нам не выгодно, чтобы подконтрольная вам, и вашему другу территория, стала неуправляемой! Поэтому, мы и даём вам этот шанс! -А если… -Выбор за вами! – перебил его незнакомый голос. – Без если! -Сколько у нас времени? -Считайте, что у вас его уже нет! Всё нужно сделать прямо сейчас! -Я понял! -Хорошо, до свидания! Связь резко прервалась. Чех подозвал Крапа, и пересказал ему весь разговор, произошедший только что. -Это “конторские” погоны, чую, неладно дело, нужно сваливать! – говорил Крап. -Они знают даже про вертолёт! – возмущался Чех. -Тем хуже для нас! Нужно валить отсюда, болт с этими поисковиками! Чуял же, что вся эта затея с “охотой” порожняк! Кто нам впарил этот гнилой, фуфловый прогон? У поисковиков бы мозги не хватило. Чёрный? Ему-то с этого что? Он сам наёмник по жизни, и тут не пришей к пи*#е рукав! Поздно думать, искать крайнего потом будем – когда выберемся! Когда найдем, тогда и спросим с него, как с гада! – нервно рассуждал Крап. – Братву нашу, Чех, списывать под глушняк придётся! -Каким образом ты хочешь “глушить” братву? -Есть одна мысль… жаль пацанов, но выбора у нас нет! Если не сделаем этого – всем нам лежать в одной могиле! ****Мишин**** Временами, когда ноги становились ватными, а дыхание сдавливало лёгкие, он останавливался, стоял минуту, и бежал вновь. Мишин периодически вслушивался – шум реки уже не был слышен. “Всё, заблудился, это конец!” – думал он. Но падать духом было нельзя,
и он подбадривал себя мыслью: “Я бегу по этому берегу, где-то рядом – река. Заблудившись, я не выйду к лагерю бандитов, поскольку для этого мне нужно пересечь реку. Самое главное – уйти дальше, от проклятого Шкаса и от банды!” Он знал, что с рассветом по его следам пойдёт Шкас, он знал, что тот выполнит свои обещания. Вдруг курсант услышал громкий треск веток, метрах в пятидесяти от себя. Он остановился и напрягся, вслушиваясь в гробовую тишину ночного леса. Тяжёлый кусок защитной решётки, прикованной к правой руке, он нёс, повесив конструкцию на плечо. Плечо гудело тупой болью, не очень чувствующейся на фоне общего состояния обессиленного организма. Ему казалось, что проклятая решётка до кости истёрла болевшее плечо. Он просунул левую ладонь под слегка нагретый его телом металл – грубая ткань кителя была мокрой, и при прикосновении к ней он почувствовал сильную боль. “Натёр до волдырей! – подумал он. – Но это не самая страшная беда!” Мишин вновь прислушался к ночной тишине – всё было тихо, а треск веток – скорее всего это какой-то лесной зверь, встревоженный его сбившимся дыханием, и шумом шагов, сорвался с облюбованного им для ночлега места. Но почему тогда он не слышал шагов убегающего зверя? Многие лесные звери, наверное все, в бегстве от опасности ломятся через лес не думая об осторожности. Ломятся напролом, с треском ломающихся ветвей. Он вновь вспомнил про Шкаса, и подумал, что должно быть, страшнее человека, нет в мире животного. Бежать дальше не было смысла – он и без того исхлестал ветками в кровь опухшее от побоев лицо. Да ещё несколько раз зацепился проклятой решёткой за дерево, причинив тем самым себе сильную боль. Надо было идти пешком, медленно, крадучись, ощупывая руками непроглядную тьму перед собой. Он шёл, слыша, как неожиданно, то справа, то слева, похрустывали ветки. Поначалу он останавливался, прислушиваясь к лесу, но после десятка подобных остановок плюнул на своего невидимого
