Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
пистолет-пулемёт, более ранняя версия “ППШ”- “ППД-40*”, был настоящим. (*Пистолет-пулемёт Дегтярёва, 1940 г., ранняя версия “ППШ”). Да, много лет назад Советский солдат дал немцу бой в этом месте. Бывший владелец этого оружия, может уставший и загнанный, – как и он сам, курсант милиции Алексей Мишин, – сел, чтоб прислониться в последний раз к живому дереву, поставил рядом запутавшийся в колючке “ППД”, тут и сгинул, без креста и могилы. Либо его товарищи, похоронили своего друга, обмотав автомат колючкой, для одной им ведомой цели. Рядом, в десятке метров от курсанта, хрустнула ветка. Потом ещё одна. И ещё, со всех сторон стал доноситься нарастающий шум. То тут, то там, между деревьев мелькали чёрные бесформенные тени. С деревьев посыпались листья, и лес, словно ожив, наполнился движением и шумом. До него доносились сперва чуть слышные повизгивания, которые перерастали в ликующий вой. Он слышал отрывки немецких фраз, которые произносились заговорщицким шёпотом, то справа, то слева, то сверху. Он слышал топот, шелест одежд. Он мотал головой из стороны в сторону, чтоб увидеть надвигающуюся опасность, и принять хоть какие-нибудь меры по её отражению. Но стоило ему краем глаза заметить движение, повернуть в эту сторону голову – тень тут же исчезала, и он уже чувствовал движение совсем с другой стороны. Он не успевал повернуть голову, тени, словно издеваясь над ним, радостно верещали, озаряя пронзительным визгом тёмный лес. На смену тревоге и страху пришла безысходность и покорность сложившимся обстоятельствам. Он откинул голову назад, и закрыл глаза. От земли, на которой он сидел, он почувствовал небольшое тепло. Не обращая внимания на окружающий его гомон, не открывая глаз, курсант опустил израненные руки в рыхлую, жирную и насыщенную утренней росой землю – начал перебирать в ней озябшими пальцами – и почувствовал тепло. Он засунул вторую руку – и тепло превратилось в жар. Жар, проходя сквозь руки, проникал по всему телу, наполняя теплотой окоченевшие суставы. Он почувствовал прилив сил. Просидев так минут пять, он схватил полу-вросший в землю “ППД”, резко выдернув его из земли. Ржавая, полусгнившая проволока впилась в руку, прорвав исцарапанную кожу в нескольких местах, но его тело и руки наполнял жар – и боли он уже не чувствовал. Он попытался сорвать проволоку со ствола “ППД” рукой – но, несмотря на сильную ржавчину, проволока была ещё крепкой. Он принялся сгибать и разгибать её, ломая металлическую “паутину”, окутавшую сгнившее оружие. Курсант не думал, что и зачем делает, сил анализировать свои действия просто не было. Сейчас он подчинялся лишь своей интуиции. Корпус бурого от ржавчины дискового магазина в одном месте продавился, словно он был сделан из яичной скорлупы. Мишин засунул в дыру палец – и ничего не ощутил. Должно быть, магазин был пуст. Освободив автомат от остатков проволоки, он накинул тяжёлый фрагмент “кенгурятника” на большое плечо, продев под ним руку, крепко сжал деревянный остов приклада “ППД”. Немецкий шёпот превратился в говор, будто группа немцев из человек десяти о чём-то спокойно беседовала. Мишин постарался держать оружие так, как его держали бойцы Красной армии в документальных фильмах. Оружие в руках, пусть и не стреляющее, придало сил и уверенности. Оторвав спину от ствола дерева, он поднялся. Из его глаз сочились слёзы. Вокруг, уже не таясь, медленно проплывали из стороны в сторону бесформенные тени, словно безликие люди, спешащие по своим делам. Кто-то громко смеялся, слышалась ругань, которая безошибочно определялась по интонациям. Он поднял ствол автомата, и направил его на снующую в радиусе десяти метров, словно за невидимой чертой, гущу теней. Пальцем нащупал ржавый остов спускового крючка, и нажал на него. В этот момент, темные силуэты резко разлетелись во все стороны, от того места, куда он направил ствол. Раздался оглушительный визг, от которого заложило уши. -Аааааа! – кричал не своим голосом Мишин. Он крутился вокруг, давя на намертво приржавевший спуск “ППД”. Он вновь бежал – но уже не как раньше: еле-еле волоча ноги – теперь он бежал бодро, теперь у него была цель, он вновь обрёл надежду на спасенье, на лучший исход. Перед ним то и время показывался силуэт человека в тёмно-жёлтой одежде, показывался и тут же прятался за деревьями. Он держался на дистанции метров пятьдесят от курсанта, и Мишин чувствовал, что надо следовать за этой, имеющей человеческий облик, фигурой. Из-за некоторых деревьев, которые пробегал Мишин, словно потревоженные рыбки, спрятавшиеся за речным камнем, метались прочь от курсанта, бесформенные чёрные тени. Он уже не боялся их, чувствуя, что на этом поле боя он не один! Упорхнувшие тени дико визжали, уносившись прочь от курсанта с молниеносной быстротой. Их визг, по мере
