Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
взгляд на Симака. Оглядев собравшихся, незваный гость словно подломился – колени его резко согнулись, под весом тела, и он плюхнулся лицом в землю. Стукнула металлом часть “кенгурятника”, шлёпнувшегося на землю вместе со своим хозяином. Весь вид этого человека говорил о том, что ему последние несколько дней жизнь преподносила только неприятные сюрпризы. Они перевернули на спину бесчувственное тело. Лицо его было бледным, синеватым, отёкшим. Сквозь синяки и царапины, из которых стекала смешанная с росой кровь, прорастала редкая щетина – было видно, что парень молод. Хотя сейчас его лицо больше походило на лицо мертвеца; ожившего и вылезшего из-под земли трупа,
мужчины лет сорока. На голове алела свежая рана. Всклокоченные и слипшиеся жиденькие волосы, вырванные местами, держали на себе несколько пожелтевших листочков. Беркут заметил седую прядь среди слипшихся волос. При обыске они нашли у него в кармане размокшее удостоверение курсанта милиции на имя Алексея Мишина. “ППД” вырвать из белых, исцарапанных и распухших от воды рук, им не удалось. Они дружно подняли оказавшееся лёгким тело, и потащили его в каземат. Друзья притащили тело курсанта сразу в помещение лазарета, положили на операционный стол. Ещё раз безуспешно попытавшись выдернуть “ППД” из окостеневших рук, Борис предложил: -Давай пилить, что ли! -Что пилить? – удивился Серёга, разглядывающий сгнившее дерево приклада автомата. -Пальцы! – раздражённо рявкнул запыхавшийся Борис. -Надо его в сознание привести – сам отпустит! – предложил Симак. Серёга склонился над наручниками, которыми тот был прикован к защитной решётке. Запястье его руки было истёрто в кровь. Поковырявшись в нутре замка наручников изогнутой стальной проволокой, Серёга легко отстегнул стальные оковы от сине-красного запястья. В лазарет вошла заспанная Алёна, и застыла в дверях, увидев незнакомого мужчину на операционном столе. -Это ещё кто? – спросила она. -Хрен его знает, судя по форме – мент! – ответил Симак, – Ксива у него соответствующая; -Что с ним? -Вышел из леса. Увидел нас, и кончился. Ты сможешь его оживить? Он должен быть в курсе того, что тут происходило ночью. Нам необходимо знать что случилось этой ночью, чтоб сориентироваться в обстановке и принять решение о дальнейших наших действиях. -Оживить? – Алёна внимательно посмотрела на Симака. – Я тебе что, волшебница или фея, чтоб трупы оживлять – вы посмотрите на него – он же мёртвый и, судя по цвету лица смерть наступила часов семь-восемь назад! Вы зачем сюда труп притащили? -Да живой он! – пытался Симак убедить девушку, слегка пихнув тело курсанта рукой в бок. – Давай, Алён, ты ж действительно волшебница, пулю вон как ловко из моей ноги вытащила, что я даже и не хромаю! Нога вообще не болит, будто и не было в ней пули! Девушка улыбнулась. Она подошла к лежавшему милиционеру, и приложила руку к его шее. -Смотри-ка, живой, а с виду – труп! А эту штуку у него можно забрать? – спросила она, покосившись на “ППД”. -Боюсь, что нет, он его сжал так, словно солдат перед атакой. Мы втроём пробовали его выдернуть, да не получилось. Да ты не переживай – автомат давно заржавел, стрельнуть из него не получиться при всём желании! -Да я и сама вижу! – сказала она, разглядывая разбухшее от воды, полусгнившее дерево приклада. Борис и Серёга как-то незаметно исчезли, и Симак остался с Алёной вдвоём, если не считать общества полуживого курсанта. -Я пойду ты, если что – зови! – сказал он, повернувшись к выходу. -Ты хочешь меня оставить одну с этим “зомби”? Ну уж нет! Стой и охраняй меня, а то вдруг он очухается и набросится на меня! На секунду Симак замялся, но выбора не было. Девушка была права – оставлять её наедине с незнакомым “курсантом милиции”, неизвестно откуда взявшимся в этих лесах, было опасно. -Ладно, я тут присяду сбоку. На случай он вытащил из кобуры пистолет и положил его на колени, чтоб в случае чего сразу его схватить и пристрелить незнакомца. Алёна раздела парня, тихо охая и ахая. -Что там? -Да это же парень! А я-то подумала, что это мужик! Боже, что с ним сделали? Он весь синий, его били, сутки назад или может больше. Много свежих царапин – будто его колючей проволокой хлестали в бане вместо берёзового веника! Давно не ел, сильное обезвоживание, скорее всего сотрясение мозга – сильный ушиб на голове. А это что? – Алёна слегка отстранилась от парня. – У него же прядь седых волос! -Да, я тоже заметил. Волосы грязные – и поначалу вроде не видно. Девушка полчаса колдовала над телом, Симак тем временем крутил в руках размокшее удостоверение, оглядывая его то с одной стороны, то с другой, – будто сравнивая лицевую и тыльную часть обложки документа. Затем он бросил ксиву на столик из нержавейки, и подошёл к Курсанту. Он внимательно вглядывался в его лицо, словно пытаясь вспомнить этого человека.
