Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
которые были намного меньше и легче ранца. По ранцам и рюкзакам распихали патроны, гранаты, консервы, фляги с прокипяченной водой, набранной в колодце; медикаменты, керосиновые лампы с запасом горючего, фитилей; керосиновую походную печку для разогрева еды, и прочий необходимый походный скарб. Алёна взяла себе немецкий автомат и “Парабеллум”, от гарант отказалась. Света вообще ничего не хотела брать – она была на грани истерики. Но всё же уговорили её взять один пистолет. Симак показал девушкам, как пользоваться оружием. Алёна всё схватывала на лету, внимательно слушая своего инструктора. Света же всё выполняла вяло, с неохотой, приходилось по несколько раз повторять одно и то же. -Ну что, товарищи! – обратился сразу ко всем Егерь, для чего-то встав ногами на снарядный ящик. – Нужно минировать четвёртый “ДОТ”, и тоннель! Сделаем так, что своды тоннеля обрушились! Но для начала нам нужно открыть дверь. Предлагаю кому-то заняться дверью, кому-то минированием! -Я с Серёгой, – сказал Симак. – Будем дверь открывать. Один раз у нас это почти получилось! Левинц, ты с нами? -Не вопрос! – отозвался тот. – Сейчас мы эту дверцу… -Афганец пусть тоже с нами будет, а то вдруг дверь мы откроем, а оттуда нечисть какая-нибудь выползет? -Хорошо, – согласился Егерь. – Со мной идёт Мишин и Винт. Погнали, пацаны! ****Дверь**** Терех сгрёб в охапку мешок с взрывчаткой, запас которой был у немцев, отложил горку цилиндрических брусочков в сторону, желтовато-розового отсвета, по виду похожих на пенопласт, который долго плавал в грязной реке, или на огнеупорный кирпич. И пояснил: -Может так получится, что взорвать то-туннель мы, конечно, взорвём – но вдруг за этой дверью окажется глушняк? Поэтому, предлагаю заначить немного взрывчатки – в крайнем случае, с её помощью мы как-нибудь выберемся! Ещё он отложил несколько килограммовых кирпичей взрывчатки, отмотал бикфордов шнур, и выложил несколько самодельных взрывателей: вытащив пулю из винтовочной гильзы, он ссыпал порох, и засыпал более мелкий порох от пистолетного патрона. Вставил в горлышко винтовочной гильзы шнур, и завальцевал его. Такие взрыватели нужны были для того, чтобы тротил сдетонировал, хотя по логике можно было использовать любую немецкую гранату, но у “M-24″ задержка составляет 5-8 секунд, – а этого времени будет явно недостаточно, чтобы отбежать на безопасное расстояние. А шнур можно нарастить, либо насадить на него “табачный замедлитель”, который, за время тления, даст предостаточно времени, чтоб покинуть опасную зону. Серёга принялся сбивать обугленную пластмассу сгоревшего рубильника молотком. Затем, нужно было замкнуть два контакта, выставив перед этим вручную обороты дизеля на полную мощность. Он держал кусок толстой медной пластины, зажатой в пасти покрытых слоем ржавчины пассатижей, и был готов поднести её в любой момент к контактам, замкнув их. Симак был у двигателя, держа руку на рычажке ручного управления. Афганец, рядом с Левинцем, заняли позиции в коридоре, взяв дверной проём на прицел двух пулемётов. Алёна была рядом с Симаком, несмотря на его протест. С немецким автоматом в руках, в немецких брюках и военных ботинках, она была похожа на немецкую фрёйлин. Для контраста, а может для того, чтоб разрядить напряжённость подруги, Алёна нацепила на голову офицерскую кепку, как у Левинца. Выглядела она действительно забавно, и Света немного расслабилась, вдоволь посмеявшись над видом подруги. -Понеслась! – скомандовал Симак, усилив обороты дизеля до максимума. Двигатель взревел, в комнату из латунных труб системы выпуска отработанных газов хлынул поток дизельного перегара. Запах “Икаруса” наполнил генераторную, глушитель не справлялся с сильным потоком газа, и пропускал в комнату вместе с дымом, громкий рёв. В тот же миг Беркут прислонил, нет, он буквально вдавил пластину, навалившись на щиток весом своего тела. В щитке заискрило, запах палёной проводки перемешался с дизельным выхлопом, искры, фонтаном сыплющие из щитка, осветили генераторную до ряби в глазах. Раздался глухой стук в стену, такой же, как в прошлый раз, когда они пробовали открыть эту дверь. -Идёт, падла! – сквозь рёв дизеля донёсся до слуха Симака крик Афганца. -Руки жжёт! – закричал Беркут. – Больше не могу! -Держи! – крикнул Симак, схвативший за руку Алёну, и прислонивший её руку к рукояти управления оборотами. -Дави! – крикнул он на ухо девушки. Но она и так всё поняла, и дизель продолжал бешено молотить, испуская дым, от которого на глаза уже наворачивались слёзы. Симак попытался перехватить раскалённые пассатижи, и тут же отдёрнул руку – пластмасса на ручках расплавилась, казалось, что ручки накалились добела. Он подхватил ведро с водой, стоявшее у колодца, но тут же одумался, ведь вода – это проводник
