Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
темно и почти тихо – лишь неприятное шипение доносилось из генераторной. -Это они в “ДОТ” зашли! – сказал Егерь. – Земля ми пухом! Теперь им потребуется несколько дней на то, чтоб разгрести завал. Они не ожидали, что мы заминируем этот “ДОТ” – думали, мля, что они самые хитрож*#ые! Ну да, по логике нам не резон самих себя замуровывать! -А мы оказались дураками! – добавил Левинц. – И рубанули с плеча! -Типа того, – ответил Егерь. – Но лучше быть живыми дураками, чем мёртвыми умниками! Они зажигали лампы под душераздирающий металлический скрежет – привод двери, лишённый электричества, пришёл в действие, и дверь медленно закрывалась. Егерь, открутив кран подземной цистерны с топливом для генератора, бросил бутылку с керосином, разлетевшуюся вдребезги о бетонный пол; выдернул шнур из немецкой гранаты, и бросил её к дизелю. Сам тут же прыгнул в проём, за стенкой бабахнул взрыв, вспыхнуло пламя, озарившее жёлтым мигающим отсветом пространство коридора, которое становилось всё меньше, и меньше – дверь, толщиной в полметра, затворялась. Смятая труба-распорка валялась в стороне, и дверь держало лишь наваленная Симаком и Беркутом гора железного хлама. Чёрный жирный дым повалил в щель закрываемой двери. Кажется, осколками гранаты повредило баки с маслом. Пламя бушевало. Наконец, дверь с гулким стуком, закрылась полностью, лишь несколько сплющенных дверных скоб, торчали из проёма. С минуту они стояли молча, глядя на задвинувшуюся железную плиту. Света тихо всхлипывала. -Вот и всё! – сказал Левинц. – Прощай, свет земной! -Мы выберемся! – сказал Симак. – У нас нет выбора! Нам придётся выбраться! -Или сдохнем все в этом склепе! – закончил Винт. -Отставить! – рявкнул на него Егерь. – Не время пускать сопли! Он включил фонарь. Они стояли в большом квадратном коридоре, по которому спокойно мог бы проехать современный грузовик. Слева в стене была металлическая дверь, такая же, как и в потерне, связывающей “ДОТ-ы”. Они открыли её, и увидели нечто: на толстых, ржавых тросах, висел огромный бетонный куб, с пронизанными сквозь него огромными, ржавыми штырями. Это был огромный противовес, который так сильно тянул дверь. Сверху стоял электродвигатель, довольно внушительных размеров, и редуктор. Вся система была покрыта слоем ржавчины, лишь на серых стенах, с отслоившейся, вздувшейся и растрескавшейся краской, чернели линии оплавленных кабелей, от которых всё ещё шёл едкий дым. -Нормально! – сказал Егерь. – Взорвём тросы, и откроем дверь вручную. В крайнем случае. И действительно, отцепив тросы от противовеса, огромное давление снималось с двери, и был шанс отодвинуть её, усилиями нескольких человек. Пока дверь была открытой, Симак успел разглядеть толстые торцевые засовы – сейфовой системы запора. Эти засовы приводились в действие электромотором, или в ручную: круглым краном, установленными с внутренней стороны двери. -Да, выйти реально! – согласился Симак, осмотрев систему. “Повезло, что Наёмник не добрался до этой комнаты – иначе он перерезал бы нас всех, ночью!” – думал он. Левинц подвесил керосиновый фонарь на ствол “Сайги”, и остальные последовали его примеру. Было решено, что электрические фонари стоит отдать пулемётчикам – Афганцу и Беркуту. Серёга, несмотря на ожоги рук, отказался передать свой “MG-34″ Левинцу. -Неплохо было бы включить освещение! – сказал Беркут, кивком головы указав на торчащие из стен выпуклые, зарешёченные лампы. -Наверное, тут должен быть другой дизель! – предположил Борис. – Надеюсь, что он есть, работает, и что солярка запитана не от той ёмкости, которую мы подпалили! -Хорош трепаться! Надо идти! – резко оборвал разговор Афганец. Они молча двинулись. Впереди шёл Афганец, за ним Левинц, и все остальные. Замыкал колонну Беркут. Пройдя по квадратному тоннелю, метров пятьдесят, они вышли в круглый зал, с металлическим полом, гулкими стуками отражавшим шаги. Осветив зал светом фонарей и ламп, они увидели следующее: в центре была круглая шахта, уводящая в недра подземелья, мощности фонарей не хватало, чтоб осветить дно шахты. Они увидели винтовую лестницу, ведущую вниз по бетонной стене шахты. Так же они заметили открытый квадратный люк, который вёл к самой лестнице. Казалось, что эта циклопическая лестница бесконечна. Пол был перемазан чёрной, маслянистой массой, от который исходила удушливая вонь. Алёна заметила небольшую кучку свежих, стреляных гильз на железном полу. Осмотрев находку, от которой ещё пахло горелым порохом, Симак понял, что это гильзы от автомата “Кедр”, который был у Аскета. Осмотревшись, они увидели другой ход из зала – казалось, что оттуда струиться бледно свечение. Туда же вели черные, маслянистые следы на полу. Они нашли вентшахту, в которую спустились, – несколько дней назад, – Симак и Наёмник.
