Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
предстать впечатляющая картина. В ушах ещё немного гудело, когда подходившие к воззванной двери люди заметили неожиданное движение. Из приоткрытой двери что-то быстро высунулось, и затем, так же быстро, исчезло. Затем движение повторилось. Сквозь писк в ушах, они расслышали неприятные звуки какой-то возни, происходившей за дверью. -Труппен? – дрожащим шёпотом спросил Левинц. -Не похоже! – так же тихо ответил Аскет. Дверь задёргалась, будто бы с той стороны кто-то, потерявший терпение, пытается расширить получившуюся от взрыва щель. Аскет был ближе всех к этой двери, и первым увидел изодранную шкуру, покрывающую собачью морду, уши на голове которой были обгрызены. В некоторых местах из-под шкуры был виден побелевший череп собаки – будто это было ожившее, изъеденное молью, чучело, много лет занимающее место на пыльном чердаке. Издав громкий рык, и неестественно широко раскрыв пасть, овчарка протиснулась сквозь щель между дверью и коробом. Её глаза горели огнём, и взгляд был устремлён на группу замерших, словно каменные изваяния, людей. Первым из ступора вышел Аскет. Тварь, проскальзывая лапами по бетонному полу, резко прыгнула прямо на него, – тот резким движением рук, в которых был зажат “Кедр”, отразил атаку, отшвырнув тварь в сторону. Если бы первым шёл кто-то другой, то наверняка он бы не успел среагировать и сгруппироваться. Лишь долгие годы тренировок могли дать такое отточенное, правильное в этой ситуации, движение. Идущий за ним Симак тоже не растерялся, и пустил очередь из “АКСУ”, магазин которого был заправлен пулями с откусанными головками. Он дал короткую очередь, но она достигла цели: тельце псины с силой отшвырнуло, оно с гулким стуком ударилось о стену, и скатилось на пол. Вокруг всё было забрызгано знакомой чёрной кровью, и устлано кусками мяса, которое вырвали из тела уродца тупоносые пули. Симак успел заметить, перед тем, как пули попали в цель, успел рассмотреть эту морду, которая запечатлелась в его памяти, словно на фотографии, застывшая перед его глазами. В собачьей морде он уловил что-то от человека. Не, это была овчарка – в этом не было сомнений, – лишь сильно изуродованная мутацией. Глаза этой твари были словно два горящих угля, заглянув в них, пропадает всякое желание сопротивляться и жить. На полу лежало тело зверя. Ушей у твари не было – это Симак успел разглядеть до того. Как выпущенные им пули разнесли твари череп. Было похоже, что уши обгрызли крысы – лишь рваные лоскуты торчали в том месте, где они должны были быть. Аскет осветил поверженное существо своим фонарём, одновременно, не глядя, правой ногой прикрыв дверь. Шесть была водянисто-серой, словно бы грубый волос собаки был прозрачным, и перепачканным грязью. В глаза бросились неестественно длинные и острые когти на лапах твари. Глянцево-чёрные, они смотрелись неестественно, на фоне запылённой, запачканной серой туши. Будто бы на труп бродяги одели шикарные лакированные туфли, стоящие целое состояние. -Что за… – сказал Афганец, и смачно сплюнул под ноги, не находя подходящего слова. Левинц, идущий в самом конце, сейчас пробирался сквозь узкий коридор вперёд, протискиваясь между собравшимися вокруг собачей тушки товарищами. За Левинцом, будто невидимое облако, летел запах свежего спирта. В его руке блестел хромом в свете фонарей клинок немецкого ножа. Бесцеремонно растолкав собравшихся, он согнулся над тварью, и по хозяйски с неприятным хрустом отрезал переднюю лапу. -Ты чё творишь? – спросил Симак, перехватив руку, в которой была зажата отрезанная конечность. -Камрад, я поделюсь, без базара! – как бы оправдываясь, произнёс он. Симак несколько секунд смотрел в глаза Борису, затем отпустил его руку. За плечё Бориса потрогал Винт: -Это, камрад, отрежь и мне, если не в падлу! – попросил он, воровато оглядывая лица присутствующих. -Началось! – сказала Алёна. – Не зря вас “чёрными копателями” называют! Вы когда трупы находите, тоже так “лапки” отпиливаете, на сувениры? – спросила она, но вопрос почему-то адресовала Симаку, будто бы это он сейчас тыкал в мерзкую тварь острым лезвием ножа. -Нет, первым делом причинное место и шарики! – отозвался лихо орудующий лезвием Борис, вновь склонившийся над тварью. Алёна презрительно ткнула его каблуком ботинка в выпирающую из брюк пятую точку. -Эээ, мадам, попросил бы вас! – возмутился Борис, на секунду оторвавшийся от своего дела. Но тут же, будто бы вспомнив про растерзанную тварь, вновь принялся орудовать ножом. -Да оставь его! – сказал Симак девушке, пытаясь успокоить её. – Не видишь – он бухой. Не стоит сравнивать эту тварь – с человеком. Ну, решил Левинц пустить её на запчасти – но так что в этом такого, может премию какую получит, за уникальный артефакт! -Ты за него ещё и заступаешься? – она не сильно толкнула
