Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
#ачили друг друга, и оба отряда в полном составе остались там, в этом лесу! Он чиркнул зажигалкой, и прикурил папиросу. В машине запахло крепким табаком. -И что? – спросил я. Левинц, округлив глаза, покосился на меня: -Тебе мало? Камрад, стареешь! Или зажрался ты совсем?! Ты только подумай – два спецотряда, оба полегли в глуши несусветной! До нас на этом месте стопудняк никого не было! -Как ты думаешь, что они не поделили? -Не знаю… – Борис бессильно опустил руки, и вновь уставился в окно, выпустив изо рта белое облако дыма. – Может быть, в этом месте, из-за его отдалённости от фронта, хотели создать какую-нибудь учебную базу, или госпиталь, огромных размеров. Не спрашивай – этот вопрос мне и самому уже мозг растворил! Эти немецкие солдаты оставили там, в этом никому ныне не нужном лесу, свои жизни, забрав с собой жизни наших бойцов, и лежат теперь они в одной могиле, похороненные временем и бережно укрытые лесом мягким покрывалом из земли и листьев. Лес… как много ему удалось повидать, как много тайн и секретов он хранит. Для кого-то в то время он был спасением, давая укрытие и тепло; кому-то напротив – обеспечил гибель, заводя в свои недра и знакомя со своими не слишком гостеприимными жителями. Люди в панике бегали между деревьев, пытаясь отыскать спасительную реку, поляну, дорогу; сбивались с курса, падали в отчаянии и бессилии, поливая горючими слезами поросшую травой землю. Затем, собрав последние силы в кулак, вновь обретали мужество – они стремились покинуть его, проклиная на разных языках ветвистые ели, берёзы и размашистые дубы. Мало кто из них тогда вышел – всех их ждал один конец, всем суждено было стать его гостями на веке. Лес… он живой, словно большое и доброе, но в то же время безжалостное существо; немой великан, заселивший поля и равнины своими солдатами – деревьями. Разве сможет кто-нибудь, кому доводилось ночевать в безлюдном лесу, сказать что лес – это просто нагромождение деревьев и веток? Однозначно нет – у леса определённо есть душа. И если вам часто приходится быть в лесу добрым гостем, то в итоге вы становитесь друзьями. К таким друзьям лес проявляет повышенное внимание, одаривая их своими щедрыми дарами. Лес напоит и накормит своего уставшего друга, даст искомое, укажет верный путь, не подпустит ночью зверя, а если и случиться будет встретиться человеку и хищному зверю – то они поймут друг друга и обойдут, не тронув, поскольку звери тоже зависят от леса. -Вот слушай, Борис, – нарушил повисшее в машине получасовое молчание я, решив поделиться своими мыслями с другом. – Был такой случай: в одной деревне скупали грибы: приезжала машина, люди ставили весы, и платили за каждый принесённый килограмм грибов деньги. И вся деревня ходила в лес. И по краям леса уже можно было не ходить – всё вытоптали; много грибов приносили лишь те – кто уходил в чащи и лесные дали, самые сильные и выносливые. И случилось так, что одним из таких людей стал мой знакомый – товарищ, мы вместе помогали баню строить другу, там, на стройке, и познакомились. Звали его Вадим, и по сей день зовут наверно; в общем, был этот Вадим самым удачливым грибником, приносил больше всех, с каждым разом всё сильнее удивляя приёмщиков. На него даже ставки делали: “Так, сколько у тебя? А, девять килограмм? Много? Да нет, вот Вадим придёт – у того действительно много будет! Давай на полтинник замажем, что больше твоего принесёт?” – спорили приёмщики, в ожидании своего постоянного клиента. И приносил, тридцать два килограмма лесного “мяса” однажды приволок, и как дотащил только?! Слагали о нем легенды приёмщики, завистники подозревали его в чёрной магии, а друзья считали его просто очень сильным по жизни мужиком. А где он ходит, в каких местах грибы ищет – он не говорил никому, всегда ходил один. За ним даже следить пытались – но всё было тщетно, через километр, два – его следы терялись и люди возвращались обратно, боясь заплутать. Вот он мне и рассказывает случай: “Иду по лесу, чащу преодолел, а за чащей лесок реденький, чистенький. Чаща – как барьер, через который не всякий пройдёт. А в леске том грибов видимо-невидимо, всё жёлтое, только успевай срезать. Срезал не все, только те грибы, которые через день-другой завянут и засохнут. Молоденькие “лисички” оставлял, и так с лихвой хватало. А к следующему разу они уже вырастали, в своё время пуская потомство, и без ущерба лесу, – говорит, – С полными вёдрами всегда выходил…” -А на хрена кому-то эти “лисички” сдались? – перебил мой рассказ, рассказываемый от лица Вадима, Левинц. – Понимаю Белые там, Поддубовик, Подосиновики, Подберёзовики на худой конец, но “лисички” кому сдались? – пытался нащупать фальшь в моём рассказе Борис. -“Лисички” любят в Европе. У нас их чистят, моют, солят-парят, консервируют и в Европу отправляют, а они нам – евро взамен,
