Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
открылись, в помещении ещё пахло сдетонировавшим аммоналом и едким пороховым выхлопом. Стены и пол были залиты черный жижей, среди которой виднелись куски органической ткани. Граната упала в нужное место – осколков хватило всем! -Как мы их! -торжествовал Левинц. Беркут молча шагнул в помещение, ступив на ставший скользким, усеянный гильзами, пол. Он сделал несколько шагов, когда увидел лежащую за тумбой тварь, в черном, матовом панцире, тело которой судорожно подёргивалось. Серёга приставил ствол автомата к голове существа, и нажал спуск, пустив короткую очередь прямо в мозг твари. Панцирь, верой и правдой защищавший существо, покрылся яркими, белыми пятнами, из которых тут же на пол полилась жижа. Расорванные на куски ошмётки тел крыс, были тут же. -А где попрыгунчик? – с улыбкой спросил Борис. И тут же вместо ответа на его вопрос, через дверь в помещение влетел… казалось, что это был изуродованный до неузнаваемости человек. Под грязью, толстым слоем покрывавшей его одежду, угадывалась военная форма. Передвигался он неестественно, волоча за собой почти оторванную ногу, болтающуюся лишь на каком-то лоскуте. Он потерял былую подвижность, зато широко открытая пасть, говорила о том, что намерения у него остались самыми, что ни на есть, кровавыми. -Вы все умрёте! – прошипело существо, направляясь к ним, движимое ненавистью и злостью. -После вас! – галантно произнёс Левинц, и нажал на спусковой крючок. Заряд дроби снёс с плеч существа голову, которая, мясным фаршем, заляпала картину, с изображением восхода, висящую на стене. Обезглавленное тело мешком рухнуло на пол. Из остатков шеи, небольшими фонтанчиками, брызгала на пол маслянистая жижа. -Готов, кажись! – проговорил Беркут, осматривая недвижимое тело. Он согнулся, и, преодолевая брезгливость, обстучал ладонями карманы кителя. Затем извлёк скомканную пачку с переломанными, залитыми запёкшейся кровью, сигаретами. -Курение его доконало! – усмехнулся наблюдавший за действиями друга, Борис. -По крайней мере, голова больше у него болеть никогда не будет! – поддержал шутку Серёга, тут же почувствовавший, что смех как бы разряжает гнетущую атмосферу. Они дружно засмеялись. Тут до них донёсся какой-то грохот. Звук исходил из дверного проёма, изуродованная дверь которого лежала на полу. -Не стрелять! – донёсся до них знакомый голос, который принадлежал Наёмнику. – Свои! -Свои все в боксе, на первом уровне! – с нескрываемой угрозой, ответил Борис. -Не тупи, Левинц! За такие шутки, и по роже дать могу! – так же не дружелюбно, отозвался Наёмник. -Да небоись, выходи, что мы как любовники, через стенку перекрикиваемся?! Первым вышел Наёмник, лицо которого передёрнула
недовольная гримаса. За ним показались и остальные. У Серёги, и у Левинца, будто бы камень с души упал, когда они увидели своих друзей целыми, и невредимыми. -Ты за метлу свою, поганую, перо когда-нибудь спиной словишь! – зло процедил сквозь сжатые зубы, Аскет. -Только не сегодня! – оптимистично заверил его Борис. – Мы вас спасли, а вы ещё и не довольны? -А что там? – спросил Борис, кивнув на комнату с повреждённой взрывом дверью. -Там – установка “Х-1”, – ответил Егерь, – Но это не то, что нам нужно! -Так… – Левинц по-хозяйски оглядывал помещение с бронестеклом: -Занятная штука! – сказал он, кивнув на толстую трубу. -Это “штука” воскресила труп бандита! – сказал Симак. -Шмыгу… – как-то тихо, добавил Терех. – Хороший пацан был… -Это не он, случайно? – спросил Беркут, указав на обезглавленный труп. -Он! – не глядя, ответил Терех. -А что в той комнате? – спросил Борис, указав кивком на комнату, в которой люди прятались от порождений научной мысли Рейха. -А ты зайди, глянь! – недобро проговорил Наёмник. Борис зашёл. Он увидел много коек на колёсиках. Их покрывали полуистлевшие простыни, запачканные пятнами когда-то красной, крови. Некоторые простыни оттопыривались вверх, словно под ними что-то было. Одна из таких простыней была откинута в сторону – видно, Наёмник скинул. Борис увидел под ней скелет. Да, это был скелет человека. Сама по себе комната, – стены которой были отделаны нержавеющей сталью, – представляла собой большую, холодильную камеру. Это был морг, или что-то наподобие этого. Света почти не было – лишь одна ртутная лампа, слабо помигивала, освещая пространство около двери. Взгляд Левинца зацепился за что-то в глубине помещения, и он тут же, не раздумывая, пошёл вперёд, раздвигая хаотично стоящие каталки, попадающиеся на его пути. Он подошёл к стеклянному шкафу, и среди множества склянок и банок, безошибочно выбрал единственную. -Борис, нет! – крикнул Симак, но тот уже скинул пальцем резиновую пробку, и уже вливал в себя прозрачную жидкость. Люди в тишине с напряжением вглядывались в Бориса. Аскет по удобнее перехватил
