Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
не дюжее удовольствие пребывание в огненном мешке. Кувыркаясь на полу ярким, чадящим факелом, тварь подпалила пожирающим плоть огнём вилочный погрузчик, который тут же занялся пламенем. Баллон огнемёта опустел, и Аскет юркнул в “КП”, чтобы его сменить. Бронированные стёкла, через которые товарищи наблюдали за огненным действом, происходящим в зале, снаружи покрылись копотью. Видимость была практически нулевой – видно было лишь полыхающий огонь. -Если куб сгорит? – спросил Левинц. -Надо сваливать по быстрому, пока кипишь не кончился! – говорил Егерь. Они выбежали на площадку, спустились по лестнице, перешагивая через расплавленные трупы, от которых несло смрадом сгоревшего тухлого мяса. Первым шёл Аскет, то и дело его брандспойт оживал, выпуская короткую струю огня. Они добежали до изуродованной взрывом гранаты “РПГ” двери. В коридоре было по-прежнему темно, но Наёмник это быстро исправил, пустив длинную огненную струю, и подпалив заодно скрывающегося в темноте мутанта. Тот завопил, и побежал прочь, освещая своим горящим телом дорогу людям. Они пробежали морг, и клетки с подопытными зверями. Вбежали в комнату отдыха, на полу которой горящая тварь, бегущая перед ними, нашла свой покой, успев подпалить перед этим одно из кресел. Они оказались на посадочной площадке. Свет тут был. Левинц нажал на кнопку вызова двух правых лифтов, показалось. Что они оба работают. Аскет дал один из ключей, которые находились у него, Симаку, для профилактики тут же пустив огненную струю в пролом лифтовых дверей левой шахты. Двери среднего правого лифта открылись тут же. Короб, подвешенный на тросе в глубокой штольне, всё это время их ждал на этом этаже. Двери второго лифта открылись чуть позже, они разделились на две группы; Аскет видел, как из комнаты отдыха к ним бежит несколько матировавших крыс. Он тут же выпустил длинную струю, с остатками жидкости, которая воспламенила деревянную обшивку, какой была отделана комната. Двери лифтов закрылись, и два короба синхронно, медленно поползли вверх. Оказавшись на “своём” этаже, они долга смеялись, разглядывая свои лица. Все они были перемазаны чёрной сажей и копотью, и походили на негров из дикого африканского племени. Одежда так же покрылась грязью и копотью, запах палёной гари исходил от них такой, какой исходит от пожарников, вернувшихся на базу с вызова. Быстро преодолев помещение электростанции, они оказались перед дверями знакомого, родного бокса. Сердце у Симака дрогнуло, когда он дёрну за ручку двери, и обнаружил, что дверь заперта. Но с другой стороны, было бы глупо держать дверь открытой! Его опасения были напрасными. Замок двери сухо щёлкнул, и он увидел наполнено тревогой лицо Алёны. Встретившись взглядом, они несколько секунд простояли в дверях, друг напротив друга. Затем они обнялись, и стояли так некоторое время, пока за спиной Симака кто-то тактично не прокашлялся. Он прошёл в бокс, освобождая проход, при этом не отпуская Алёну из своих объятий. Алёна и Симак так и простояли, обнявшись, минут пять, без слов. Что они чувствовали в этот миг? – это было ведомо лишь им. Они сейчас находились далеко отсюда, в своём, собственном мире, где кроме них больше не было места никому. Серёга отвернулся в сторону, и глаза его наполнились грустью, которую он старался скрыть от окружающих. Борис, глядя на Симака, так же подошёл к Свете, и обнял её, что-то тихо шепча её на ухо. Света очень обрадовалась, увидев Бориса целым и невредимым. Она относилась к нему несерьёзно, чувства, которые она испытывала, можно было бы назвать мимолётной привязанностью. Лишь когда она осталась одна, Света поняла, что Борис ей не безразличен. Несмотря на его постоянное пьянство, разнузданный характер, извращённое и чрезмерное чувство юмора, она всё же привязалась к нему, и теперь, когда они были вместе, она испытывала радость, от которой, незаметно для окружающих, по её щеке скатилась слеза. Нет, определённо, ей не нужен никто другой – с любым другим ей будет просто скучно. Аскет, Егерь и Беркут, стояли молча, они чувствовали себя лишними в этой комнате, в которой была любовь. Наёмнику это чувство было чуждо, он никогда никого не любил – и никто никогда не любил его. За его жизнь у него было много разных женщин. Были даже такие женщины, которые совсем не понимали по-русски. От них ему нужно было только одно – только близость, и физическое удовлетворение. Он думал, что женщина не способна дать ему большее – но сейчас он понял, что ошибался, он понял, что ему, всю его жизнь, не хватало любви. Он понял, что причиной его частой ненависти к людям, была нехватка этой самой любви, которой он не видел с детства. -Ну что, – тихо обратился он к Тереху и Серёге, одновременно, – Не мешало бы пожевать чего-нибудь, и покемарить с пару часов! -Что-то я совсем
