Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
места и, пыля по полю, мы направилась в сторону дороги. Пыль, подсохшая на солнце, залетала в разбитое окно, и находиться в тесном для пятерых человек салоне, стало просто невыносимо. Машина мягко, но довольно сильно качалась на буграх – чувствовался сильный перегруз. Серёга сидел на заднем сидении, за разбитым окном. Рядом сидели девушки. Борис, как самый плотный по телосложению, сидел на переднем пассажирском, он покрылся слоем испарины, на которую налипала пыль. -Пацаны, я так больше не могу! – не выдержал он. -Хочешь, пешком иди! – предложил я. – А мы тебя у дороги подождём! -Симак! – взмолился Левинц. – Останови, дай воздуха глотнуть! Я остановил машину, не представляя, далеко ли от нас находиться дорога. Борис, подождав с полминуты, пока осядет пыль, чёрной тучей преследовавшая нас, вышел. Постояв немного, он обошёл машину, открыл багажник, и дальше произошло то, в чём я даже не сомневался: Борис решил глотнуть не только воздуха; я тоже вылез из машины, оставив дверь открытой. Солнце пекло огненным факелом – денёк выдался жарким! Нужно скорее выезжать на трассу – там, на высокой скорости, нас будет обдувать ветром, да и пыли там не будет. Пожелтевшая трава слегка колыхалась под еле ощутимым действием ветра. -Готово! – обрадовал меня Борис, убирая заветную сумку обратно в багажник. С собой он прихватил бутылку виски. ****Аскет**** Мы благополучно выехали на дорогу. Вдали, за деревьями, чернел столб жирного дыма, чуть скривлённый в сторону ветром – “Опель” уже горит. Со стороны кажется, что где-то далеко горит дом. Машин, встречных и попутных, было мало, если не сказать больше – их почти не было. Я посмотрел в зеркало заднего вида – что-то в нём привлекло моё внимание. В дали, за границей видимости, где-то в конце серой ленты проносящегося асфальта, ярко светила машина. Дело обычное, водитель забыл выключить дальний свет, и противотуманные фары, либо включил их специально, чтоб привлечь внимание к себе. Но яркий свет этой светящейся в дали точки был похож на свет той машины, которая при выезде из города, при стрельбе, долго ехала за нами, на отдалении. Я посмотрел на своих товарищей – все спали, после трудной, бессонной ночи. Спал Левинц, прижимая к себе початую бутылку с виски; из его открытого рта свисала вязкая слюна, которая делала его похожим на слабоумного. Спали и девушки – им тоже пришлось несладко, в прошедшую ночь. Но зачем Левинц взял их с собой? Я понимаю, во время войны жёны партизанов, которые нужны были лишь для удовлетворения естественных потребностей; но сейчас не война – а мы не партизаны! Возится с двумя незнакомыми девками, которые всю дорогу будут ныть – эта мысль меня совсем не прельщала. Между тем, машина, едущая сзади, приближалась, медленно но верно сокращая расстояние между нами. Стрелка спидометра “Нивы” лежала на отметке “110”. Судя по всему, водитель этой машины жмёт на педаль и едет около ста сорока. Светящаяся машина подъехала на столько, что я смог различить в ней здоровенный джип, тёмного цвета – который я поначалу принял за грузовик. На крыше был установлен багажник, на котором крепились четыре противотуманных фары. Ещё две туманки были закреплены чуть ниже основных фар; мощная фара-искатель, закреплёна где-то на капоте. Две штатных фары-искатели, на передних стойках крыши. Всё это богатство имело ксеноновые лампы, и свет получался просто ослепительным. Несмотря на светлый день, едущая сзади машина заставляла нервничать: во-первых, она могла быть связана с городскими бандитами, едущими за нами; во-вторых, яркий свет, слепящий через зеркала, мешал сосредоточить внимание на дороге. Свет слепил на столько, что, держась от нас на дистанции в метров пятьдесят, не удавалось различить ни модель машины, ни её точный цвет. Минут десять он ехал, пристроившись нам “в хвост”. Был отчётливо слышен звук гудящей по ровному асфальту резины, с крупным протектором. Все мои знаки, подаваемые световыми приборами “Нивы” водитель внедорожника игнорировал: поочерёдное мигание сигналами поворотов, коротко-временные включения “аварийки”, включение задних противотуманных фар. Наконец, водитель загадочной машины решил пойти на обгон. Я сбросил скорость, дабы не создавать ему препятствие при обгоне. Едущий сзади внедорожник выехал на встречную полосу, легко поравнялся с нами. Им оказался обычный “УАЗ”. Хотя нет, необычный… машина была выкрашена чёрной, матовой краской, либо обклеена плёнкой; довольно высоко поднята, литые диски были чёрными, стёкла были наглухо затонированны – при чём тоже были матовыми, сама машина была довольно серьёзно подготовлена к глубокому бездорожью. Машина была полностью чёрной, и притом матовой – что имело большой плюс при маскировке – такая машина не будет отбрасывать блики. Конечно,
