Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
много и минусов – если мы паримся от жары в своёй нагретой солнцем “Ниве” без стекла, то в наглухо закрытом “УАЗ-е” должен быть сущий ад. Да нет, там точно установлен “кондей” – иначе водитель просто зажарился бы! Некоторое время “УАЗ” ехал по “встречке”, вровень с нами, я попытался ещё сбросить скорость, но водитель “УАЗ-а” ехал как приклеенный. Даже, проходя поворот, он продолжал ехать так же, несмотря на появившуюся сплошную линию и запрещающие обгон знаки. При выезде из-за поворота встречной машины опасность лобового столкновения была не шуточной. Мне стало не по себе. Оправдан ли риск? Ради чего этот отморозок так себя ведёт? Рассматривает нас? Может ли такое быть? Я уже было решил будить друзей, чтоб держали наготове оружие, и попытаться съехать с дороги. Но чёрный “УАЗ”, водитель которого будто услышал мои мысли, резко начал набирать скорость. Судя по всему, двигатель у него был далеко не “УАЗ-овский”, поскольку “402 двигатель” не позволит такой громадине, с дополнительным оборудованием, при езде на скорости в сто километров час, резко ускорится, чтоб через секунд десять, машина исчезла из поля зрения. Номер… на номер я посмотреть не успел. Да и что бы мне это дало? Базы данных “ГИБДД” под рукой нет. Загорелась красная лампа на доске приборов – стрелка уровня топлива лежала на нуле. “Только этого сейчас не хватало! – про себя выругался я. Нужно было взять эти проклятые четыре литра бензина, которые мы использовали для поджога “Опеля”. Остаётся два варианта: либо надеяться на удачу, и встретить в ближайшее время на своём пути заправку, либо останавливаться у обочины, и опять же, надеясь на удачу, ловить машины. Не каждый остановится на безлюдном участке дороге, людям, облачённым в камуфляж. И бензином не каждый поделится, дело даже не в деньгах, а в том, что на участке трассы километров в сто не было ни одной заправки. Заправка, конечно, была в самом городе, но возвращаться туда было равносильно самоубийству. Лучше бы нам как можно быстрее проехать этот район, подальше отъехать от злосчастного города. Дорога шла прямая, асфальт – в меру ровный, по краям дороги сплошной лес. Глушь… в дали у обочины неясным пятном забелел дорожный знак. Я скрестил пальцы: “Хоть бы заправка!” Мы постепенно приближались к белеющему знаку, он становился больше, отчётливее. Подъехав на достаточное для чтения расстояние, и сбросив слегка скорость, я прочитал надпись, сделанную на квадратном металлическом листе, покрашенным пожелтевшей краской, с подтёками ржавчины: “АЗС” 500 м. Вскрикнув от
радости, я почувствовал, как дёрнулась машина, “хлебнув” воздуха из бака, как раз в то время, когда “Нива” поравнялась со спасительным знаком. Дорога прямая, ни горка, ни спуск – значит дела плохи, и на последние пятьсот метров бензина скорее всего не хватит. Я посильнее разогнал машину, включил нейтральную скорость, и заглушил двигатель: по ровной дороге с нашим весом можно долго ехать накатом. Проехав метров триста, я включил зажигание, и передачей запустил двигатель. И вновь разогнавшись, я выключил зажигание. Через полкилометра у дороги стоял ещё знак: символ бензоколонки, и направление – на право. Сразу за этим знаком, от трассы, по которой мы катили, уводил поворот. Солнечный свет освещал ставший белым из-за солидного возраста, асфальт; из его многочисленных трещин торчала большими пучками желтоватая трава. Судя по этой дороге, здесь давненько ни кто не ездил, а значит… бензина тут давно нет! Выбора не было, в любом случае бак уже пуст, а свернув, мы хотя бы спрячем машину от глаз проезжающих мимо водителей. Здание заправки находилось метрах в ста от трассы, на небольшой поляне, застланной таким же проросшим травою крупнозернистым асфальтом. Увидев эту заправку, настроение моё сразу упало – казалось, что мы попали в заброшенный людьми мир. Моё воображение нарисовало передо мною картину гибели мира, и лишь нам, пятерым случайным попутчикам, посчастливилось выжить после катаклизма. Эта заправка не видела людей добрых полсотни лет. Стёкла здания, в котором располагалась касса, были целы: позеленевшая по краям оконных рам пыль, осевшая на некогда прозрачные стёкла, вызывала гнетущее чувство запущенности. Сами колонки, шланги, алюминиевые пистолеты – всё было целым и нетронутым. Но всё это было поблёкшим, потускневшим, выцветшим и покрытым хорошим слоем пыли и ржавчины. Подъехав к пожелтевшей колонке, с когда-то синей, выцветшей надписью “А-76″ “60коп.”, я остановил машину, с уже заглохшим двигателем. На соседних колонках было выведено: “А-66”, “А-72”, “АИ-93”, “ДТ”, “ТС”. Машина с заглушенным двигателем тихо подкатывалась к одной из колонок, лишь шелест резины о многочисленные белые камушки, усеявшие асфальт, выдавал звук нашего присутствия.
