Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
“изыскания”, и нашёл интересную вещь: обломанный клинок с проржавевшим поломанным полотном лезвия. Почистив рукоятку, я увидел две маленькие рунические молнии, и орла. Отложил в сторону – если его почистить, то лезвие можно приделать от другого ножа. Чем дольше немец находиться на позиции – тем больше вокруг него русских вещей. “Чем дольше немец живёт в России – тем меньше он немец” – говорил мне когда-то мой друг Виктор Викторов, который был не безразличен к Великой войне, и всему, что с ней связано. Несколько бутылок, с русскими буквами на дне, найденные мною в этой куче – тоже трофеи. Россыпями валялись гильзы, винтовочные, реже пистолетные. Более ничего опасного под землёй мне не попалось – костры можно жечь спокойно! По находкам можно было понять, что ящик с боеприпасом для миномёта кто- то “скрысил” – да-да, такое часто бывало; либо его запрятали на случай отступления, если миномёт, например, вышел из строя, – а других миномётов этого калибра не было. Зачем тащить с собой лишнюю тяжесть? Видимо отступал немец – а при отступлении берут самое необходимое, самое лёгкое. Остальное – уничтожают, иногда прячут, оставляя на своих картах соответствующие заметки – если возвращение входит в планы на будущее. Попробовал поднести катушку к стволам старых деревьев – раздался “медный” звон. Выковыряв своим ножом русские пули, я смог понять, что наши неплохо здесь постреляли в своё время. За долгое время военных раскопок, я научился легко отличать наши пули от немецких. Хотя, для этого и не требуется особых навыков и знаний: основные винтовочно-пулемётные пули различаются по виду, ну и калибру: у наших 7,62, у немецких 7,92. Разница небольшая, всего лишь три десятки миллиметра, но когда держишь обе пули в руке, немецкая кажется значительно толще. Так же удалось извлечь из ставшего дряхлым, дерева, пулю от “ППШ” или “ТТ”. Отступал “фашист”, точно отступал. Доставая из земли стрелянные гильзы, которыми тут было усыпано всё, я пришёл в недоуменье: русские гильзы были перемешаны с немецкими. Это что получается, что немцы использовали трофейное оружие? Но в таком случае, это может говорить о том, что у них была нехватка боеприпасов к собственному оружию. Однако, россыпи целых немецких патронов, так же как и щедрый винтовочный отстрел, – говорили об обратном: немцы не жалели патронов, когда лупили по-нашим. Но какого хрена тогда тут делает отстрел с трёхлинейки и “ППШ”, и Наши же целые, не стрелянные патроны? Похоже, что часть Наших солдат переметнулась на сторону немцев. Однако, места, где я находил стреляные гильзы, чётко указывали на то, что тут велась круговая оборона – русскими и немецкими солдатами. Они что, объединились между собой? В борьбе с кем? И где тогда кости? Может, это переходная позиция? Нет – обилие немецкого мусора говорит о том, что занимали этот оазис именно “Гансы” – здесь был “НП” немцев. Я попробовал прозвонить другие старые деревья – из которых мне удалось вытащить немецкие пули – я окончательно запутался, кто тут с кем воевал? Надо будет рассказать о своих находках Борису – он теоретик, путь почешет свой мозг над этим вопросом. Проковыряв периметр лагеря, я огласил свой вердикт: -Костры можно жечь, даже в палатке! Все как-то обрадовались этой новости, кроме вернувшегося из леса Аскета, которому найденного тротила, и россыпи не стреляных патронов, было мало. Я пошёл осматриваться – зондировать детектором близлежащие подступы. Отойдя от лагеря, я зафиксировал направление по компасу, чтоб без проблем вернутся домой. Не стоит недооценивать лес, и переоценивать себя и свою чуйку. Так часто бывает: думаешь, “ну что я, в трёх берёзах потеряюсь?”, и пренебрегаешь компасом, оставляя его в лагере, в машине, или вообще, дома. Потом ходишь по лесу до ночи, пытаясь выбраться; или находишь очень хорошее место, перспективное для долговременных раскопок – но отметить направление, по которому можно найти это место, ты без компаса не можешь. Сейчас вместо компаса широко используются “GPS”, на карте которых можно просто поставить точку в таком “козырном месте”. Но у компаса не сядет батарея, если его корпус герметичен, то ему не страшен дождь и вода – поэтому, лично я, склонен к его использованию. “Простота – залог надёжности!” Так же, поиск по спутнику не способствует внутреннему саморазвитию. План дальнейших действий был такой: Обойти лагерь по периметру 100 метров, расчистив для Аскета поле от возможных мин; далее пойти в сторону, противоположную направлению полёта выковырянных из деревьев русских пуль – на позиции Наших, затем в обратную сторону, за лагерь – у “фашиков” там могли быть оборудованы позиции, к которым они отступали. Немцы вообще, если отступали – то на заранее подготовленные позиции, в противном случае, если таких позиций не было –
