Два археолога-любителя, выезжают в лес, с целью провести раскопки на месте военных действий, в далёком, незнакомом лесу. Но на пути к заветной цели, они понимают, что за ними от самого дома, тянется чёрная нить неприятностей и бед. — После того, как они заезжают к не слишком гостеприимному «старому другу», — террористу, — тучи, обложившие двух друзей, сгущаются. Благодаря присоединившимся к ним, волею судьбы, людям, — их путешествие превращается в интересное приключение.
Авторы: Гончаров Григорий Олегович
перед прыжком; я вставил магазин, тихо щёлкнул замок. Передёрнул затвор, большим пальцем резко. Вспомнились армейские “калаши”, которые были изрядно поношены – из них частенько постреливали, на стрельбах, да и так, купленными на складе “левыми” патронами – по бутылкам, иногда и по птицам, зайцам. Отношение к оружию было соответствующим – как к проститутке, попользовался – и бросил. Затвор ходил с хрустом, с люфтом. Частыми были случаи, когда автоматы заклинивало, прихватывало гильзы. Иногда ударник не пробивал капсюль патрона – подсевшая боевая пружина была болезнью тех пошарпанных “калашей”, из-за того, что оружие постоянно было на взводе – а пружины своевременно не менялись. С этим автоматом было всё иначе. Чувствуется упругость новых пружин, никаких посторонних звуков, каждый щелчок означает какое-то конкретное действие определённой детали. Всё чётко. И эта чёткость и слаженность механизмов машины для убийства, пугала и притягивала одновременно. Казалось, что в руках ты держишь молодого и полного энергии бешенного дога, который рвётся с поводка на твоего противника, мечтая с ненавистью вгрызться в него острыми зубами и сжать чудовищные тиски-челюсти. Я отстегнул магазин, убрал в чистый карман, откинул приклад, щёлкнул предохранителем на одиночный. Оружие легко поддавалось, послушно лязгая. Откинул ногу назад, упёр её, создавая прямую линию. Прицелился в торчащий из земли кусок гнилой берёзы. Испытываю чувство спокойствия, уверенности, чуть учащённо бьется сердце. Палец на курке – выстрел, оглушительный. Девичий смех, который раздавался у палатки мгновенно стих. Эхо от выстрела многократно повторялось, слабея с каждой акустической волной, отражённой от деревьев и оврагов. Кусок берёзы начисто снесло. Я удивился, не пришлось подходить и искать дырку от пролетевшей пули. Аскет, наблюдавший за моими действиями со спины, как-то слегка растерянно прокомментировал: -Этот ствол я под другое дело готовил! Пули с обточенными бошками причиняют больший ущерб противнику. Там два рожка – обкусанных, и два – с трассерами. Вместе с Аскетом мы подошли к костру, у которого никого не было. Каждый занимался своим делом, даже Борис был чем-то озадачен. Только теперь все вели себя тихо, услышав первый выстрел, прогремевший на этом поле, и давший понять лесу, в котором мы были гостями, о той цели, с которой мы сюда пришли. -Мы в Афгане душманов такими пулями рвали, – сказал Наёмник, некоторое время молча разглядывающий полыхающий огонь, – Обычными пулями в него стреляешь, весь рожёк выпускаешь – а он дальше бежит, сука! – Аскет с ненавистью сплюнул в огонь, его слюна яростно зашипела, попав на угли – наверное, так же шипела раскалённая пуля, выпущенная много лет назад этим человеком, достигнув своей цели. – Одной такой пульки хватало, чтоб навечно разучить его бегать! Помню, одному я в башню попал, – продолжил он, – Его на пару метров отшвырнуло. Подхожу – а у него пол черепа нет. С одной стороны дырочка аккуратная – входное, а с другой – наглядное пособие по биологии, десятый класс: строение мозга человека! – он усмехнулся. – Хотя такая “модернизация” пуль была запрещена. “Они” эти правила придумывают, которые “мы” как м*#аки должны соблюдать, умирая за их богатства! “Духи” ср*#и на все правила, для них убить нашего, стрельнув в спину – было обычным делом! А среди Наших стрельба по спинам вроде как “западло” считалась. Но и мы, – кто жить хотел, – х*# положили на все правила и конвенции, поняв всю их несправедливость и однобокость. Соблюдать их в одностороннем порядке – глупо. Представь, как бы ты играл в футбол, с завязанными за спиной руками? – спросил он меня, и тут же ответил сам на свой вопрос: -Никак, несмотря на то, что в футбол играют ногами. То же самое было и там – нам стянули за спинами руки, своими правилами. – Аскет замолчал, погрузившись в свои мысли. Просидев некоторое время в тишине, слушая лишь треск сгораемых в костре дров, он также молча встал, и направился к своей машине. Я услышал, когда он уже был за моей спиной, как он о чём-то тихо разговаривает с Серёгой. Новый автомат висел за моей спиной, приятно оттягивая ремень своей тяжестью. Я поменял магазин, воткнув рожок с обычными патронами. “Значит, Аскет успел и в Афгане пострелять! – думал про себя я. – Интересно, под какое дело он обкусывал эти пули?” -Так! – крикнул Наёмник. – Все к машине! Мы подошли, и собрались у его машины. -Все стволы на капот. Надо распределить, кому из чего стрелять, а то оказывается, что у Серёги четыре “ПМ-а” есть! Руки у него только две, стрелять он будет с одной – так что правильнее будет раскидать стволы между всеми! Может, у кого-нибудь из вас гранатомёт найдётся, или там, пулемёт лишний? Мы начали складывать своё оружие. Я аккуратно поставил “калаш”, прислонив его к матовой
