Бычки в томате

что не замечает наших благих начинаний.
Поставленный Эльжбетой в известность об утренних происшествиях, Олаф прокомментировал их весьма кратко:
— Сампан? Очень здоров!
Предложение было встречено всеобщим одобрением и вызвало чрезвычайную активизацию присутствующих, так как каждый хотел затариться этим шампанским лично. В итоге Алиция осталась дома в гордом одиночестве, а три машины рванули в разные стороны: в Лингби, Хиллерёд и, самое простое, в центр Биркерёда. Самое простое досталось нам с Маженой, так как заодно требовалось купить что-нибудь выдающееся для обеда.
— Могу потушить куриные голени, — предложила я, поскольку после Юлиных акробатических этюдов меня потянуло на подвиги. — В соусе. В качестве гарнира годятся макароны и рис, на выбор, а работы — кот наплакал. Обжарить, в кастрюлю, и всего делов, само себе булькает. Или куриную печенку по-еврейски, а можно и то, и другое.
— Спятила? Охота тебе полдня торчать на кухне?
— Какие полдня? Бог с тобой, это не для меня. На печенку надо минут двадцать, плюс — нарезать лук, на это времени уходит больше всего, но я люблю лук резать.
— И не плачешь?
— Представь себе, нет. Совсем. Могу вагон лука нашинковать, и ни одной слезинки! Возможно потому, что одно время я вынуждена была совсем лука не есть, что-то с печенью у меня было не так. Потом прошло, и теперь у нас с луком любовь и полное взаимопонимание.
Мажена удивленно сделала вывод:
— Значит, сегодня ты готовишь обед?
— Пожалуйста, раз на меня вдохновение накатило. Только к салату я не притронусь, хотя к печенке лучше всего подходят помидоры. Погоди-ка, неувязочка получается. К курице шампанское подходит, а вот к печенке — не очень, а печенка пойдет на закуску.
— Точно, и красное вино, — с энтузиазмом поддержала меня Мажена. — После печенки и красного вина перейдем к окорочкам и шампанскому.
— А потом сыры. Гулять так гулять!
— Интересно, сопьемся мы тут окончательно или как?
В результате всеобщего помешательства у Алиции оказались двенадцать бутылок вина, двенадцать бутылок шампанского и килограмма четыре сыра, не считая мелочей в виде оливок, маринованной паприки, соленого печенья и тому подобных деликатесов. Все съехались в позднему фрокосту, украшением которого стала яичница Стефана. Фрокост же плавно перетек в кавеоти.
— Звонили Ханя и Збышек, — с особым удовлетворением информировала нас Алиция. — Они установили громкую связь, так что не нужно теперь вырывать друг у друга трубку. Мы с тобой правильно догадались, — обратилась она ко мне. — Збышек в своем письме протестовал. Сейчас сказал, что даже собственноручно сделал приписку, чтобы я их не принимала, так как эта идея с самого начала ему активно не нравилась.
— Но ведь не могли же они приехать, чтобы специально тебе подложить свинью? — возмутилась Мажена.
— Збышек сказал, что от них всего можно ожидать. Возможно, просто не успели. Потому и сомневается, что это она партнера прикончила. А вообще-то они только что вернулись из Китая, куда попали сразу после Индонезии. И оказалось, что Буцкий под него тоже копал, да не на того напал. Збышек плевать на него хотел. Ну, еще о Казике… А Ханя все время перебивала.
— И что она говорила? — хором спросили мы со Стефаном.
Алиция подкрепилась глотком кофе.
— Монотонно и неконкретно. Просила у меня прощения и плакала… Нет, не по очереди, а одновременно. Потрясена была нашим разговором с тренером Задирой или как его там. Ведь глупышка свято верила в Юлины болячки и что та еще не долечилась. Разорятся теперь на телефонных счетах, ведь мы проболтали почти все время, пока вас не было.
— И ничего нового не сказали! — рассердилась Магда
— Только все запутали, — согласился Стефан. — Я уж было решил окончательно, что это она а теперь опять засомневался. Если у них были общие и далеко идущие планы…
— А ты Юлию спроси, — съязвила Алиция.
Я даже пожалела, что сейчас нет возможности пригласить сюда Ханю и Збышека Вот уж насплетничались бы вдоволь! Да только куда их в доме приткнуть? Если только в ателье, поскольку комната с телевизором все еще забронирована. Пришлось заняться обеденными компонентами. Лучше подготовить все заранее, а ближе к делу только на огонь поставить. Я прорвалась на кухню, отыскала самую большую хозяйскую кастрюлю, здоровенную сковородку и через полчаса уже запихала в кастрюлю десять отлично обжаренных куриных ног со всеми необходимыми приправами. Потом нарезала лук, замочила изюм и сварила рис. Весь дом пропах запахом жареного лука и специй. Гусиный жир мы с Маженой приобрели в кошерном отделе у Бругсена.
Стряпня меня успокоила… Я вернулась в салон, где продолжалась дискуссия,