Трудно выяснить, какой из Иванов Васильевичей сейчас на троне, если ты попал в 1582 год от сотворения мира. Но наш герой, попавший в тело пятнадцатилетнего юноши, не растерялся. Хирург по профессии, он не был знатоком истории, но предположил про себя, что это Иван Грозный.
Авторы: Сапаров Александр Юрьевич
Название: Царев врач. Дилогия
Автор: Сапаров Александр
Издательство: Самиздат
Страниц: 487
Год: 2014
Формат: fb2
Трудно выяснить, какой из Иванов Васильевичей сейчас на троне, если ты попал в 1582 год от сотворения мира. Но наш герой, попавший в тело пятнадцатилетнего юноши, не растерялся. Хирург по профессии, он не был знатоком истории, но предположил про себя, что это Иван Грозный.
Мне снился сон, я на рыбалке сижу в лодке, которую качают большие волны так, что меня даже подбрасывает на сиденье. И тут гребень волны облил меня холодной водой, и это было так реально, что я проснулся.
В полутемной комнатке было душно, пахло землей, я лежал на каких-то мокрых шкурах, а около меня стояла баба-яга, с деревянным ковшиком в руках
-Данька!- орала она хриплым басом,- хватит придурничать, давай вставай, я ведь вижу, что притворяешься.
-Простите, а вы кто, и как я здесь оказался?- судорожно пытаясь казаться вежливым, спросил я.
-Да ты опять за свои проказы! — бабка схватила веник, стоявший в углу, и начала бить меня по худым тощим ногам.
— Что за ерунда?- я вскочил с постели и начал бегать от сумасшедшей старухи, одновременно разглядывая себя.
-Действительно мои ноги были тощие и худые, собственно, как и руки. И спрашивал я бабку, каким то писклявым голоском.
— Около минуты бега с избиением по тесной комнатке заставленной всякой утварью меня привели в себя, и я завопил:
-Все, все бабушка я проснулся, сон мне плохой приснился.
-Сон говоришь?- бабка опустила веник,- ну, расскажи.
Я начал рассказывать сон про рыбалку, одновременно пытаясь разглядеть себя и окружающую обстановку. Я находился в землянке, которая представляла собой выкопанную в земле яму, потолком ее служили толстые горбатые суки, на которые были набросаны шкуры, в одной было небольшое отверстие, в который струился дневной свет. На суках висели пучки сушеных трав, от которых шел пряный аромат.
-Бабка внимательно слушала мой рассказ.
-Чудны твои дела Господи, — прокомментировала она его,- Ты ведь Данька здесь в лесу вырос, и воды, кроме нашей речушки, не видел и лодки тоже, как же сон такой тебе приснился? А какая лодка то была?
Отвечая на бабкины любопытствующие расспросы, я потихоньку приходил в себя. Хотя наверно несколько минут назад я вполне имел все шансы сойти с ума.
Действительно, заснуть у себя дома в уютной кровати, в роскошной спальне, которую может себе позволить пластический хирург успешный и достаточно известный, и проснуться непонятно где, да еще непонятно кем. Похоже, я находился не в своем теле, а скорее всего в теле подростка, не отличавшегося особым физическим развитием.
Содержание прочитанных книжек про попаданцев мгновенно всплыли в моей голове.
-Так что? Я еще и в прошлое наверно провалился?- обреченно текли мои мысли.
-Ох, непростой сон тебе приснился Данюшка,- снова заговорила старуха,- что-то случится, вскоре должно?
-Случиться? Уже случилось! Я здесь очутился,- почти в рифму думал я.
-Бабушка, что-то мне действительно нехорошо, беспамятство какое-то приключилось, вот кажется, что забыл я все, кто есть и откуда, и ты кто забыл.
-Ох, грехи наши тяжкие!- Запричитала бабка,- что же милый с тобой случилось, лихоманка, какая одолела? Я твоя бабка Марфа, неужто забыл? Мы с тобой здесь который год вдвоем горе мыкаем.
-Бабушка, ты только не серчай, я сейчас оденусь, а ты мне расскажи побольше, может голова прояснится, и дальше я все сам вспомню.
Я попытался одеться, кое-как натянул драные штаны затем обернул ноги портянками, лежащими у топчана и надел лапти.
Бабка, рассказывающая мне, кто есть кто и откуда, изумленно расширила глаза, когда поняла, что я даже забыл, как одевать лапти.
-Ох, Данька, полежать тебе надо. Наверно ты вчера перекупался, да на солнце нажарился, вот тебя и стукнуло.
-Нет, бабушка, лежать я не буду, а ты давай рассказывай, что там дальше.
Из бабкиных слов я узнал, что мне пятнадцать лет, три года назад все село, где я жил вымерло от моровой язвы, бабка Марфа осталась жива только потому, что жила на отшибе в землянке, она была знахаркой, и общество не желало видеть ее в деревне. А когда началась болезнь, она и вовсе закрылась, окуривала землянку хвойным дымом два раза в день, и с больными, приходящими к ней, общалась через закрытую дверь.
