Трудно выяснить, какой из Иванов Васильевичей сейчас на троне, если ты попал в 1582 год от сотворения мира. Но наш герой, попавший в тело пятнадцатилетнего юноши, не растерялся. Хирург по профессии, он не был знатоком истории, но предположил про себя, что это Иван Грозный.
Авторы: Сапаров Александр Юрьевич
что знают.
-Так Борис надо бы его в Разбойный приказ передать, пускай он там все говорит.
— Сергий Аникитович, давай, мы его вначале сами поспрошаем, кто послал, да
что говорил, сколько обещал. Гришка мой большой специалист, не то, что мясники в приказе, на тате этом ни единой ранки не останется. В Разбойном приказе людишки разные обитают, глядишь, и преставится наш тать ненароком.
А так хоть узнаем, кто на тебя опять обиды накопил, соседи то твои посмотри с одной стороны двор Аглицкий, с другой стороны на Зарядье у Никиты Романова подворье, такое, что полк стрелецкий нужен чтобы его взять. И тебе нужно такое же делать, о твоем богатстве, по Москве слухи ходить начинают. А вот о силе твоей никто ничего не говорит. Никита Романович Захарьин -Юрьев боярин расторопный, но вот с Щелкалиным они дружбу водят, им я так думаю, не по нраву твое возвышение, тем более помнят они о Бельских и Годуновых, не понять им, что не думаешь ты о них, боятся, считают, что также в опалу могут попасть али вообще головы лишиться. Тем более, что Никита Романов с осени в Москве проживает, собирался Батория воевать, да не получилось, так, что есть время другими делами заняться,- многозначительно закончил Кошкаров.
-Хорошо, хорошо уговорил Борис, пойду с тобой, хотя и не люблю я на мучения человеческие смотреть.
-А мне, думаешь, Сергий Аникитович нравится на них смотреть, я потом всю ночь перед иконой заступницы нашей девы пречистой молюсь, чтобы простила меня грешного.
Остаток дня я провел в беседах со своим гостем, благодаря Кошкарову мы могли вести хоть какой -то диалог, Вечером Тихо Браге переоделся в парадную одежду и отбыл в Кремль в сопровождении десятка охранников.
После ужина, я сказал Ирине, что мне надо еще кое о чем побеседовать с главой охраны вышел из дома. Борис повел меня к своему местопребыванию отдельному каменному флигелю, где у него была своя, выражаясь современным языком, штаб-квартира. Еще, когда он выбирал себе место, то, увидев, что во флигеле есть большой подвал из нескольких помещений, остановился на нем. Да и я, когда увидел подвал с несколькими камерами и вмазанными там железными кольцами для кандалов, подумал, что мой отец окольничий Аникита Иванович для царя занимался не очень благовидными делами.
Мы спустились вниз по мрачному сырому коридору и вошли в подвал, низкие сводчатые его потолки тоже были сыроваты, все-таки близкое соседство с Москвой рекой давало себя знать. В подвале у стола сидел Гришка, видимо ожидая нас, больше никого не было. Увидев нас, он встал и открыл дверь в следующую палату, дверь была сделана из толстых дубовых плах, и видимо почти не пропускала звук.
За дверью была темнота. Вошел Гришка с горящей свечой в подсвечнике. В тусклым свете было видно небольшое помещение, голый пол с кучей соломы и лежащий человек в железном ошейнике, с тянущейся от него к стене железной цепью.
Гришка подошел к стене и начал крутить какое-то колесо. Загремела цепь, таща за ошейник узника к стене. Тот ошалело вскочил, протирая глаза. Через минуту он уже был притянут вплотную к стене. Палач ловко прикрутил ему ноги и руки к стене таким же цепями, и молодой парень практически был распят на древней каменной кладке.
После этого Гришка молча вытащил огромный нож и, разинув рот, замычал, показывая ему уродливый обрубок языка.
Парень завизжал, и начал дергаться в цепях, а наш палач медленно подходил к нему и неожиданно сдернув его порты схватил за половые органы и резко провел ножом по коже , парень завизжал еще сильнее и неожиданно обмяк, по его бедру со стороны пореза медленно потекла струйка крови.
Тут в дело вступил Кошкаров, он оттеснил в сторону Гришку и похлопал парня по щекам, а затем окатил его из ведра водой, в которой плавали небольшие льдинки. Наш узник открыл глаза.
-Гришка, мать твою,- неожиданно зло заорал Борис на палача,- ты, что собака делаешь, тебе кто разрешил уродовать парня.
— Эй парень, ты как, — уже спокойнее он обратился к пленнику,- Не успел этот гад у тебя ничего отрезать? Да ты не бойся, мы ему ничего не дадим с тобой сделать. Ты же человек понимающий, все нам расскажешь и пойдешь себе домой, тихо мирно к матушке с батюшкой. Тебя хоть как звать то?
-Мироном, дяденька, меня зовут, прошептал узник, боязливо косясь на Гришку который продолжал ухмыляться и крутить нож в руке.
Я стоял, смотрел и думал:
— Вот оказывается еще, когда началась игра в плохого и хорошего полицейского, а я еще Борису советы хотел давать.
-Но только ты смотри, все нам расскажи, а то даже я не смогу этого изверга удержать, разозлится совсем и нас еще покалечит с тобой вместе. Ну, давай, давай говори, кто послал, зачем, что здесь должен был
