Трудно выяснить, какой из Иванов Васильевичей сейчас на троне, если ты попал в 1582 год от сотворения мира. Но наш герой, попавший в тело пятнадцатилетнего юноши, не растерялся. Хирург по профессии, он не был знатоком истории, но предположил про себя, что это Иван Грозный.
Авторы: Сапаров Александр Юрьевич
нужная вещь, при необходимости приклеивания повязок к коже, в этих условиях вряд ли что можно найти лучше. А кроме этого, вот разве, что зажигалки еще бензиновые попробовать сделать.
Пока же моей основной целью был керосин для осветительных ламп.
Что же касается солярки, то полевая кухня, работавшая на таком топливе, варила бы в несколько раз быстрей, чем на дровах.
Для оставшегося мазута также было море применения, самое простое — использовать его как топливо для перегонки нефти. Эти мысли посещали мою голову, пока я шел в мастерские, где мой ювелир был уже начальником двух десятков мастеровых.
В мастерской, а скорее маленьком заводике стоял шум, вокруг сверлили, паяли, гудел горн,
Несколько мастеров занимались огранкой и полировкой хрусталя. В отдельном помещении с открытыми окнами пара человек стояли рядом с вытяжным шкафом, в котором стояли небольшие сосуды со смесями кислот. Я несколько дней назад вспомнил, что якобы смесью кислот после огранки добивались очень тонкой полированной поверхности хрустальных изделий. Кузьма сразу ухватился за это предложение и сейчас в дымящихся растворах кислот лежали кусочки хрусталя и периодически эти кусочки проверялись на предмет отполированности.
Сам руководитель всего этого бардака сидел в отдельной мастерской, у него все было завалено чертежами, рисунками линз. После того, как я попытался объяснить ему те небольшие знания оптики, которые остались в моей голове, этот неугомонный фанатик, похоже, знал уже больше меня.
Он с гордостью показал мне несколько больших кусков прозрачного стекла, сваренного по его заказу.
Я смотрел на чертежи, линзы, куски стекла и думал, что у меня уже многое выходит из-под контроля, и в один прекрасный день я приду, а мне покажут настоящий телескоп. Но пока у Кузьмы была в работе одна подзорная труба, естественно, для Иоанна Васильевича. Не мог же царь отобрать насовсем, подарок, врученный собственному сыну.
Я посмотрел пару линз на свет и подумал, что по сравнению с первыми страшноватыми изделиями, эти выглядят, очень похоже на линзы моего времени.
Хлопнув себя по лбу, Кузьма вытащил откуда-то начатый микроскоп и показал, как работает его столик с укрепленной в середине линзой конденсором и небольшим круглым полированный бронзовым зеркальцем, направляющим в него солнечный свет. Свет, конечно, был так себе, все-таки полированная бронза- это не настоящее зеркало. Но было все равно здорово.
-Сергий Аникитович,- сообщил мне мастер,- вы не беспокойтесь, я тут уже столько про эти линзы нового узнал, так, что через месяц ваш микроскоп, доведу до ума.
-Кузьма я то пришел вот с этим, чтобы ты или твои помощники сделали пару вот таких штук,- и я дал ему в руки чертежи керосиновой лампы.
К чести мастера тот сразу понял, что это такое.
-Понятно светильник это будет, ничего тут интересного нет, из меди выколотим две половинки да спаяем, и на поставку. Сергий Аникитович, так зачем он нужен, свечи и то лучше, а тут только вони да копоти наделаем?
-Ты Кузьма, дело вначале сделай, а потом я тебе все растолкую, сам увидишь, что получится.
Обратно я шел в отличном настроении мои мечты о бактериологической лаборатории, где я могу заниматься тем, чем я никогда не занимался и даже не думал об этом — вакцинами, начинали сбываться.
Сейчас я находился в другом теле и все мои прививки другого времени — испарились. Единственно, что мне было досконально известно, что в эпидемию чумы, которая прокатилась по Руси несколько лет назад, я выжил, и теперь у меня стойкий иммунитет к этой болезни. А сколько их сейчас бродит по земле? От оспы до холеры, что там грипп, его и за болезнь пока не считают. Дизентерия, глисты, паразиты, сколько на бедном человеке всего, оказывается, живет и процветает. Зарезали кабанчика и приготовили и все, кто ел, благополучно померли от трихиннелеза, или точно также медвежатинки съели, и туда же вслед за любителями свинины. А был бы на торге всего один специалист с микроскопом и проблема решена. Осмотрел мясо, поставил печать и можно продавать. А за печать денежка, как в наше бинзесовское время, как выговаривал это слово один из моих знакомых в малиновом пиджаке.
Ну ладно если начинать, то, как доктор Дженнер, искать коров с коровьей оспой, ловить мальчишек сирот и на них прививать , выживет, не выживет, кто угадает. Потом, как мне поддерживать вирус в культуре, нет у меня ни термостатов, ни куриных эмбрионов в избытке. Все придется думать самому. Но кто ничего не делает, тот ничего и не добьется. Мне казалось, что государю должна понравиться идея прививок от оспы, какой бы странной она не была. Но согласие государя еще не все, нужно было добиться,
